Секрет мастера: «Всю жизнь учитесь Свету!»

№ 76 (24596) от 14 июля
Борис Долинин. Фотография, как всякое искусство, – дорога без конца Борис Долинин. Фотография, как всякое искусство, – дорога без конца
Фото: Борис Долинин

Борис Долинин — известный фотограф, мастер, хороший друг. Он любит свою работу, часто делает её на грани между «очень талантливо» и «гениально», и при этом он такой — идущий рядом, ничем, кажется, не отличающийся от других…

Только даже хорошо знакомый с его работами обыватель — а Борис выставляет их в соцсетях, и все отзываются: «Ах, как круто!» — 1 июля увидев в выставочном зале Абаканской картинной галереи имени Ф.М. Пронских необыкновенные миры, созданные им, ненадолго впадал в ступор.
Потому что определение «круто» здесь бледнело и стиралось. Хотелось обозначить эмоции другими словами — но и они исчезли. Оставалось молчать и смотреть.
Заметно было, как, двигаясь от одной фотографии к другой — но чу меня, от картины к картине! — меняются чувства людей. Удивление, ошеломление, восторг, невозможность поверить и желание зависнуть, долго-долго разглядывая даже не саму работу, а лишь деталь, освещённую солнцем. И так много портретов знакомых людей, которые здесь стали совсем другими, будто художник острым световым скальпелем отсёк всё наносное, ненужное, показав человека беспредельно интересным и таким красивым, каким задумал его Бог.

Художник, музыкант, солдат стройбата

В детстве Борис мечтал стать врачом. Специалистом по челюстно-лицевой хирургии.
— Мама у меня врач-невропатолог, поэтому медицинская профессия воспринималась как само собой разумеющееся. Большая медицинская энциклопедия была изу­чена вдоль и поперёк. Людям хотел помогать. Ходил к папе друг, дядя Боря, у него шрам от ожога был на пол-лица. Думал, что когда вырасту и обучусь, исправлю этот недостаток у него, — улыбается фотограф.
Возможно, и стал бы хирургом, но вокруг было столько интересного! Учился в художке, в музыкальном училище — причём везде с интересом и хорошо. В 12 лет начал играть в школьном ансамбле.
— Мы выступали на всех дискотеках, где только можно было — в дворовом клубе, городском саду, ездили по сельским домам культуры. Конечно, и деньги зарабатывали, и на гребне волны были. Звёзды! Я в 15 лет уже смог купить хорошие барабаны. Поэтому поступил в музыкальное училище, а окончив его, устроился работать в Томскую филармонию — в Хакасии тогда филармонии ещё не было.
После — армия. Мог бы отмазаться — но даже мысли такой не возникало. В то время считалось, что не служить вообще не по-пацански. Какое к тебе уважение, если в армии не был?
Там многому научился. И в ансамбле играл, и чертёжные навыки пригодились, и копал «от рассвета до забора», и асфальтоукладчиком работал.
Сейчас многие «приблуды» для фотосъёмок делаю своими руками (Боря демонстрирует специальную штуковину для фуд-фото). Здесь размещаешь предмет, включаешь и — он вертится! Снимай в динамике, движении, находи нужный ракурс, лови эффект. Можно, конечно, купить такое, но и стоит дорого, и не совсем то, что мне нужно. Поэтому какой смысл, когда можешь сам сделать лучше?

Таинственный человек из известного ателье

Если написать сейчас про золотые руки, то Долинин, конечно, посмеётся, но те, с кем он работал, дружит, просто близко знаком, подтвердят: «Факт!»
Он такой, рукастый. Гвоздь забить, еду приготовить, что-то новое выдумать — всегда впереди.
— Это вообще естественно: для того, чтобы хорошо делать своё дело, нужно хорошо его знать. Но в нашей профессии необходимо понимать, что ты снимаешь. Любить природу, видеть её красоту, понимать людей, еду любить, чтобы уметь передать её вкус. Поэтому в наших компаниях я всегда главный «грузин» — люблю готовить. Ещё в детстве с удовольствием учился этому — блины пёк, яичницу, потом серьёзнее блюда пошли. Я и сейчас дома у плиты встаю — кулинария ведь особенное искусство, не владея ею, «вкусно» не снимешь.
Как стал фотографом? Борис пожимает плечами: «Просто». А мы ненадолго возвратимся в прошлое. Почти во всех семейных альбомах абаканцев хранятся фотографии, сделанные в самом крутом ателье города — «Тасхыле». Туда на «фотосессию» все приходили наряженные в лучшее, причёсанные в парикмахерских, садились на знаменитое кресло и ждали, когда вылетит птичка. Птичку обеспечивал таинственный человек, стоявший за квадратным деревянным ящиком с объективом (фотоаппараты ФК имели в Советском Союзе долгую историю — родились в тридцатых, а с производства были сняты только в 1987 году).
В какой-то момент человек прятался под чёрным балахоном, колдовал там: «моргайте — не моргайте, дышите — не дышите», аппарат щёлкал, напряжение спадало. Фотографии можно было получить спустя неделю или две. Сейчас, когда видишь такие с надписью «Тасхыл» по нижнему краю, охватывает ностальгия: ведь это было событие — сходить семьёй в фотоателье…
Так вот, одним из таинственных людей у аппарата ФК был Борис Долинин. В ателье он, собственно, и начал учиться фотоделу.
— Пригласил друг. Сказал: научим, поможем. Вот так я и начал заниматься фотографией. Тогда немного умельцев было, никаких курсов и прочего, а фотография по сути была огромной ценностью. Ремеслу учился на практике. Экспозиция, выдержка, диафрагма, фокусное расстояние, правильно свет выставить. Кажется, всё просто, но если хочешь сделать хорошо, будешь совершенствоваться всю жизнь. Даже слово само возьмём «фото» — свет, «графо» — пишу. Свет — главный герой, от него всё зависит. Выходит, я всю жизнь учусь писать светом. Это такая многогранная наука! Каждый человек — особенный свет.
Когда я занимался ремеслом (в нашем деле без этого мало кто обходится), то есть делали фотоальбомы для детских садов, школ, мне стало недоставать возможности показать индивидуальность каждого ребёнка. Посадил, дал в руки игрушку, развеселил как мог — и всё. Щёлкнул — и получите фото. Штамповка. Конечно, это даёт определённый опыт. Можно ведь всю жизнь оставаться на этом уровне, материально это вполне удовлетворяет. Но мне не нравилось. Хотелось видеть и показывать людей. Хотелось идти дальше.

Лики древних богов

В это время Борис Долинин поступает в Хакасский госуниверситет на специальность «журналистика» и начинает карьеру оператора на ТВ «Абакан».
И одновременно дан старт работе над интереснейшим проектом «Лики древних богов», заняться которым предложил известный предприниматель Сергей Геннадьевич Нарылков.
— Про таштыкскую культуру в Хакасии знают все. Похоронный обряд в то время включал изготовление посмертных масок, которые находят археологи. Все они в разной степени сохранности, но представление о людях, которые жили тысячелетия назад на этой территории, составить можно. Представители европеоидной и монголоидной рас проживали на одной территории, соблюдали одинаковые обряды — были одним народом.
Магия этих масок захватила меня. Я начал работать над ними в технике световая кисть по ночам. И высвечивая и определяя ту или иную часть личины, я думал о том, каким был этот человек, чем занимался. Представляете, его нет на земле почти 20 веков, а я гляжу на него через такой огромный промежуток времени и пытаюсь понять его характер, — рассказывает Борис. — Даже иногда жутковато делалось.
Можно удивляться, но Долинину удалось показать не только историческую значимость древних артефактов. На той выставке (к сожалению, в Хакасии она экспонировалась лишь единожды, в помещении старого краеведческого музея, и тоже стала огромным потрясением как для зрителей, так и учёных) многие почувствовали в посмертных масках характер людей — тот, который они имели при жизни.
Необъяснимый феномен. Художнику удалось вдохнуть частицу жизни в те предметы, которые априори являлись лишь слепком с уже мёртвого лица.
Работа над проектом продолжалась четыре года, с 2002-го по 2008-й. Это был сложный, кропотливый труд, в котором многое из исторического наследия открывалось по-новому. Всего прошло 37 выставок «Ликов древних богов» — в разных городах России и за рубежом. Многие увидели тогда артефакты древней Хакасии, в частности секретарь ООН Пан Ги Мун оставил отзыв об огромном впечатлении, которое произвела на него выставка.
Остаётся сожалеть, что сегодня эти уникальные художественные работы — предмет частной коллекции и в Хакасии не экспонируются. Для жителей республики эта выставка очень важна: она, по сути, часть экспозиции, которая рассказывала бы об интереснейшей таштыкской эпохе, оставившей нам массу таинственных артефактов, над загадками которых учёные будут ломать голову ещё немало лет.
Было много и других выставок. Долгое время Долинин работал в модельном бизнесе, занимался фешен-съёмкой, снимал природу. Всё это в свободное от работы время, которого было не так-то и много: трудиться в пресс-службе правительства, куда его пригласили из ТВ «Абакан», приходилось и днём, и ночью.

Момент истины

Тем не менее выставка «Простые истории», открытие которой состоялось в начале июля, называется его первой персональной выставкой.
Может, потому, что представлены на ней портреты.
Или нет. Картины.
Или так — миры.
Каждая работа — отдельная история, которую выдумал, увидел, записал и представил на суд публики художник, рисующий светом.
— Пять лет назад наконец-то сбылась моя мечта — появилась своя фотостудия «МОNE», куда я увёз всю аппаратуру, интерьеры, которые уже заняли всю квартиру. И ведь дома так не поснимаешь, постоянно будет что-то отвлекать. А здесь — своя мастерская. Меня это реально окрылило. У художника должно быть место для творчества — это делает его свободным. Все, кто приходят на мои фотосессии — а они у меня недорогие, просто мне в кайф этим заниматься, тоже сразу начинают чувствовать себя спокойнее. На самом деле без доверия между мастером и моделью сделать что-нибудь стоящее невозможно. И мне ценно как-раз это — доверие, возможность увидеть человека. Простые истины, говорите? Ну так и выставка ведь называется «Простые истины».
Этот проект предложили сделать ещё два года назад. Но ковид случился, так и затянулось. Работ уже действительно накопилось много. Начали думать — 150 реально надо выставлять. Отобрали 60 самых достойных. Я честно удивился, что столько людей пришло на открытие — яблоку негде было упасть. Казалось бы, все оценивали их в соцсетях. Но это правда не то.
В таком формате, когда видна каждая деталь, они приобретают совсем другое «звучание». Мне было приятно, что люди так высоко оценили мои работы.
Действительно, выставка стала определённым моментом истины, и слова, звучавшие в адрес художника, были предельно искренними.
Портреты просто невероятные. Для того, чтобы просто рассмотреть каждый, требуется время. И все цепляют как-то так, сразу. Очень сильная работа — портрет Валерия Порфирьевича Балахчина.
Таинственная Наталья Апуневич, яркий Эдгар Арутюнов, Всеволод Пименов, будто сошедший со страниц «Саги о кольце», озорной Иван Мананкин.
Нет, нужно обязательно пойти туда ещё раз. И ещё.
Борис в ответ на сильные эмоции зрителей только плечами пожимает. Для него загадки нет. Очень любит работу. Очень любит людей. Изучает и внедряет новые технологии. И когда кажется, что ты вдосталь уже навосторгался тому, что он делает, он вдруг показывает то, чем начал заниматься сейчас. И… фотография оживает.
Правда. Это так классно, а он спокойно объясняет, как это происходит.
Конечно, все слова моментально вылетают из головы — хватит того, что снимок действительно ожил буквально на глазах. Если хотите, произошло настоящее чудо. И почему-то уже не удивляешься ни капли. А чего удивляться-то? Это же Боря Долинин. Он ещё не то может!

Елена АБУМОВА


Просмотров: 136