“Хакасия” продолжает публикацию таежных записок путешественника Алексея Усачева. На очереди рассказ пятый (начало в №№ 148, 153, 158, 168 за 10, 17, 24 августа и 7 сентября).

 

И вершки, и корешки

 

В советское время, кроме основных промыслов, в таежных деревнях существовал еще один — заготовка лекарственных трав и кореньев. У промхозов сбыт сырья был отлажен, и благодаря этому люди неплохо зарабатывали, заготавливая листья брусники, побеги черники, листья и корни бадана. Долго можно перечислять дары тайги, которые приносят пользу людям. В основном заготовки лекарственного сырья производились в то время, когда в тайге наступал мертвый сезон: охота запрещена, а до ягоды и ореха еще далеко. В 1990 годах это дело почти умерло. Сегодня сбором трав занимаются лишь единицы из таежных и подтаежных деревень. Собранный с большим трудом товар они обычно сбывают в ближайших городках рыночным торговцам — травникам. Но там, где дорога, с заготовкой лекарственных растений ситуация иная.

Например, трасса М-54 на Туву, где я однажды пообщался и с преуспевающими травниками. Каждую весну компания из трех человек разбивала лагерь рядом с трассой и всегда в одном и том же месте. Не углубляясь далеко в тайгу, они собирали всевозможные травы, корни и даже цветы и здесь же, на обочине дороги, выкладывали на продажу. Люди, которые постоянно проезжают по трассе, порой даже заказывали то, что им необходимо. В июле 2005 года я заехал к ним в гости на пару деньков.

Представьте такую картинку. Останавливается возле прилавка роскошная иномарка и выходит из нее солидный господин.

— Почем у вас жарки? — спрашивает у продавца, указывая на стоящий в баночке букетик.

— 50 рублей.

— Я возьму.

Казалось бы, ничем не примечательная ситуация, но… Эти цветы росли вокруг в изобилии. Просто господин был обут в дорогие башмаки, и сделать несколько шагов по траве было для него выше сил. В первый же день, по моим подсчетам, команда заработала тысячу рублей только на подобных любителях дикоросов.

 

Чудо-варенье

 

По некоторым соображениям название и месторасположение деревни, в которой происходили описанные ниже события, предпочту не называть. Впервые я попал туда в 2000 году и вскоре узнал, что проживает здесь некий хорошо разбирающийся в силах трав человек — Петрович. Местные говорили, что учился он у старого знахаря, который и передал некоторые уникальные рецепты. Один их них, по мнению односельчан, и приносит основные доходы Петровичу. Хотя продажей своего лекарства он официально не занимается, работает в лесхозе за скудную зарплату. Суть загадочного рецепта крылась в неизвестном таежном корешке, из которого травник изготавливает варенье, якобы служащее отличным допингом при повышенных физических нагрузках.

Впервые об этом чудо-варенье я услышал, когда с одним из местных охотников поднимался в горы. Подъем оказался затяжным, и нам периодически приходилось останавливаться на отдых.

— Эх, сейчас бы корешочка, из которого Петрович варенье варит!

— Из чего оно?

— Это тайна! Многие наши пытались выведать, корень какого растения он использует. И водкой поить Петровича пробовали, и уговаривать. Бесполезно! Думаю, Петрович секрет не выдает из-за денег. Конкуренции боится.

— Он продает кому-то?

— Ха! К его воротам иногда такие иномарки подъезжают! Я уверен, что именно за этим вареньем. На какие еще деньги он мог купить машину, трактор, дом “упаковать”? На лесхозовскую зарплату?

— А ты сам пробовал его суперпродукт?

— Было дело. Выносили мы как-то орех из тайги. Путь был нелегкий — около десяти километров в один конец. Вторую ходку делали. До деревни осталось всего километра три, а ноги уже шевелиться не хотели. Достал Петрович из кармана маленькую баночку и дал каждому из нас по кусочку размером с ноготь какой-то гадости желтого цвета, напоминающую пастилу, но с горечью. Не поверишь, но уже через пять минут мы неслись в деревню как сохатые, забыв об усталости!

— Я попробую разгадать эту тайну.

— Попробуй, но к Петровичу и не подходи. Если он своим не рассказывает, то тебе, чужому, тем более.

Вернувшись в деревню, я принялся за дело. Секрет корня, дающего силу и выносливость, мне нужен был чисто из спортивного интереса. Систематизировав все полученные сведения, я пришел к выводу, что надо искать растение с округлым, желтоватым внутри корнем, напоминающим картофель.

Но никто из опрошенных мной людей не знал, какого цвета он снаружи. Данных, конечно, было маловато, но я решил рискнуть и отправиться на поиски сырья для чудо-варенья. В деревне мне удалось уговорить одного из местных бездельников по прозвищу Барабан пойти со мной в качестве компаньона. Для приманки я использовал сало, спирт и перспективу быстрого обогащения, о котором Барабан, похоже, мечтал уже давно.

Но после недели безрезультатных хождений по тайге я уже стал сомневаться в успехе этого мероприятия. В разных местах мы вырывали и выкапывали саперной лопатой все необычные и редко встречающиеся травянистые растения, пытаясь отыскать корень, похожий на картошку, но попадалось все не то, что нужно. Ко всему прочему запасы спирта и сала подходили к концу, и я предчувствовал, что вскоре Барабан покинет-таки меня.

В один из вечеров я сидел на берегу ручья в задумчивости, вновь и вновь пытаясь прокрутить в голове информацию, полученную в деревне. В какой-то момент в поле моего зрения попало растение, на которое раньше мы почему-то не обращали внимания. Оно росло везде, его было много. Никакой необычности. Просто сорняк. Какова же была моя радость, когда, выкопав одно из них, я увидел крупный округлый корень. Внутри он оказался желтого цвета. Появилась надежда, что мы нашли именно то растение, которое нам и нужно. Его необходимо было опробовать на себе. Риск, конечно, огромный, но я был уверен, что все будет нормально.

Варенье из корня мы решили не варить, а просто пересыпать мелкие кусочки сахаром и опробовать на следующий день по дороге домой. Наутро на всякий случай я сделал отвар “золотого корня”, который способствует быстрому выведению ядов из организма. Благо что вокруг он рос в изобилии.

Пройдя около десяти километров и ощутив первые признаки усталости, мы решили, что пришло время испытать наш корешок. Достав баночку, я вытащил из нее два маленьких кусочка. Через некоторое время быстрым шагом, с увесистыми рюкзаками, мы преодолели крутую гору длиной около 800 метров. Я был потрясен эффектом, который произвел маленький кусочек корешка! Мало того, что ноги совершенно не чувствовали усталости, но даже не участилось дыхание. Преодолев по тайге около 30 километров, мы до конца убедились, что нашли именно то, за чем ходили.

— Петрович ваш молодец! — сказал я довольному попутчику. — Ловко он придумал, как из сорняка деньги делать. Настоящий травник.

 

Черемша

 

Говоря о сибирских промыслах, я не могу обойти вниманием и сбор черемши, которая обильно распространена в Саянах. Благодаря большому спросу городского населения, у некоторых людей появляется возможность дополнительного заработка.

Первыми к ее заготовке приступают жители предгорья. Рядом, в горах, еще лежит снег, а внизу уже весна, и местный народ приступает к делу, когда ростки черемши набирают всего восемь-десять сантиметров. Постепенно с повышением среднесуточной температуры черемша “поднимается” выше в горы. Следом за ней идут и люди, но обычно к тому времени рынок насыщается, и товар продается с трудом.

Из всех таежных дел эта работа самая неблагодарная и низко-
оплачиваемая, и не каждый житель деревни станет ею заниматься. Порой за черемшой идти далеко, и сам процесс ее заготовки очень нудный. Целый день приходится работать с согнутой спиной, срезая кустики черемши и увязывая ее в пучки. К тому же на время сбора приходится наибольшая активность клещей, и после выхода из тайги люди снимают их с себя десятками.

Сборщики черемши свой товар в основном сдают перекупщикам.

 

Рогатый бизнес

 

В 1990 годах в тайге появился новый промысел — сбор сброшенных оленьих и лосиных рогов. Раньше таежный народ и подумать не мог о том, что на них можно неплохо зарабатывать.

Признаться, я до сих пор точно не знаю причину большого коммерческого интереса к “рогатому” товару. Говорят, что собранные в сибирской тайге рога переправляли в Китай, Корею и Японию, где из них изготавливают ценные лекарства. Судя по цене, которую за них предлагали, рога действительно использовались для чего-то важного. К примеру, в Туве в 2004 году товар третьего сорта (рога, сброшенные лет 20 — 30 назад, обычно уже подгнившие и обглоданные мышами) принимали по 250 рублей за килограмм. За свежие, относящиеся к первому сорту, давали 550 рублей. Потому-то многие жители деревень, бросив все дела, отправлялись в горы.

В секреты промысла меня посвятил знакомый отшельник Василий. Оказывается, рога надо искать в строго определенных местах. Как правило, в конце марта — начале апреля у оленей наступает период сбрасывания рогов. В это же время начинает пригревать солнышко и растапливать снег на южных и юго-восточных склонах гор. Олени стремятся в эти места, чтобы полакомиться прошлогодней травой и корешками. Вот и надо искать рога среди кустов и деревьев, окружающих такие поляны. В один из приездов к Василию я получил приглашение поучаствовать в короткой экспедиции по поиску рогов.

Продираясь через кустарник, на фоне темно-зеленого мха я заметил яркую белую точку. Потянув за нее, неожиданно вытащил целую ветвь маральего рога.

— Нашел! Килограмма на два с половиной потянет, — оценил Василий. — Неплохая находка, хоть и третий сорт. Если перевести на деньги, то ты уже заработал рублей 500.

В тот день удача улыбалась нам. К вечеру с небольшого пятачка размером всего в 300 квадратных метров мы собрали кучу рогов, которую пришлось уносить за два захода.

— Через пару дней сдавать пойдем, — предложил Василий.

— Почему не завтра?

— Товар к сдаче еще подготовить надо.

— Мыть будем?

— Нет. Положим рога в ручей и напитаем их водой, а затем слегка обсушим на ветерке. После и сдавать можно. Скупщики в Кызыле очень хитрые. Какие бы сухие рога ты ни привез, они все равно высчитают процент на влажность. Мы их перехитрим и даже навар получим.

Вася оказался мудрым человеком. В результате этой махинации мы заработали 15 тысяч рублей на двоих. Но в 2005 году бум на этот бизнес прошел так же неожиданно, как и появился. Так что большинство сборщиков рогов вновь вернулись к своим прежним промыслам.

 

Алексей УСАЧЕВ