Иван Абаринов, призванный Минусинским райвоенкоматом, стал недееспособным, получив психическое заболевание летом 1994 года во время прохождения срочной службы в войсковой части № 33888 в Арзамасе. Сейчас он находится на постоянном проживании в Абазинском психоневрологическом интернате министерства труда и социального развития РХ. Боль и страдания его семьи невозможно описать...

 

Забрали из семьи кормильца

 

Бабушка инвалида, 89-летняя Пелогея Акимовна, рассказала, что внука забрали в армию в начале 1994 года, когда он был единственным кормильцем в доме. Его мать тогда лежала в больнице с тяжелым недугом (менингитом), никого не узнавала, отец был лишен родительских прав и ничем не помогал. Всю заботу о троих младших детях в семье пришлось брать на свои плечи старшему Ивану — он в то время на стройке работал.

— Я просила, чтобы нам оставили Ваню, но меня никто и слушать не захотел, — убивается сейчас старушка. — Военком обещал: “Мы его отправим домой, когда вашу дочь оформят на инвалидность, а до этого пускай послужит пока...”

С самого начала армейская служба обернулась для новобранца настоящим адом. В воинской части над парнем издевались старослужащие. Заставляли форму стирать, чистить, подметать. Плохо что-то сделаешь — начинали жестоко избивать.

Вот выдержки из немногих сохранившихся писем Ивана его близким:

“Меня здесь снова избили, заставили полы драить... Я хочу домой, вытащите меня из этой “дыры”. Если мамка не сможет меня вытащить, то после Нового года я отсюда сбегу...”

“Мне так досталось в этой роте, я пытался отсюда сбежать. Меня поймали и перевели в стройбат. Постарайтесь вытащить меня отсюда побыстрей. Еще немного, и я тут совсем свихнусь...”

“Баба, умоляю тебя: вытащи меня из этой “дыры”, вы ведь обещали, что посылаете только на один месяц... Короче, не понравился я им, меня так избили, что я едва стоял на ногах. Я не знаю, что со мной дальше будет. Мне иногда даже жить не хочется...”

Родственники Ивана узнали, что солдату была нанесена черепно-мозговая травма, “его сильно били, вдобавок вбивали в тапки гвозди и этим тапком ударяли по голове... Угрожали: “Будешь жаловаться — убьем!” Никто из командования части не пытался оказать помощь парню, у которого начались сильные головные боли. Он просился в госпиталь, но его долгое время отказывались лечить.

 

“По семейным обстоятельствам”

 

А через десять месяцев Абаринова освободили от дальнейшего прохождения службы с формулировкой “по семейным обстоятельствам”. Тогда же от сотрудников военкомата стало известно, что Иван очень серьезно болен и нуждается в постороннем уходе.

Мать солдата на тот момент признали инвалидом второй группы, опекуном троих внуков и больной дочери стала престарелая Пелогея Акимовна.

— Я хотела забрать Ваню сама, позвонила командиру части, но он меня отговорил, — вспоминает пенсионерка. — Дескать, вы уже старая, а дорога впереди большая. “Тогда, — говорю я ему, — позовите мне к телефону внука, хочу его голос услышать”. Офицер мне в этом отказал.

Из воинской части в Красноярск Ивана доставил сопровождающий. Потом посадил его в поезд и, попросив присмотреть за ним бригадира проводников, отправил домой.

Когда бывший солдат оказался в родной Знаменке, его никто не узнавал — так сильно он изменился. Парень вел себя неадекватно и был помещен в Минусинский психоневрологический диспансер. Там Ивану поставили диагноз: “параноидальная форма шизофрении”.

Заключение выдали родственникам через семь месяцев лечения. Семья находилась на грани отчаяния, мать и бабушка не просыхали от слез — для всех болезнь Вани стала страшным ударом.

Чтобы как-то выжить, Пелогея Акимовна забрала дочь и внуков из деревни к себе в Абакан — в однокомнатную квартиру, которую ей дали при сносе частного дома. 11 лет семье из шести человек (!) пришлось ютиться у старушки-опекуна на жилой площади в 17 квадратных метров.

 

Беда не приходит одна

 

В 1998 году Абаканский городской суд признал факт получения Иваном Абариновым заболевания в период прохождения им воинской службы. Представитель ответчика — министерства обороны России — пытался отменить это решение спустя несколько лет, но его жалоба Верховным судом Хакасии была оставлена без удовлетворения.

“Ваня пролежал в больнице шесть месяцев, я к нему ездила через день, — вспоминает Пелогея Акимовна. — После этого он два года жил с нами, ему дали пенсию по инвалидности. Я купила дачный участок с домиком, перевезла семью. Ваня вел себя хорошо: помогал по хозяйству, кормил свиней. А как ему станет хуже — врачи назначали уколы, все время подлечивали его...”

Однако выживать семье, у которой армия отняла единственного кормильца, становилось все труднее. Дачный домик Абариновых (на девятом километре Аскизского тракта) оказался очень холодным, вся картошка в подполье замерзала. Остановка за два километра, зимой транспорт не ходил, телефона не было — нельзя вызвать даже врача.

В 2003 году, после очередного обострения болезни, Ивана поместили в Абазинский психоневрологический интернат. Тогда же сильно ухудшилось и самочувствие его матери-инвалида. Старенькая бабушка-опекун разрывалась на части, чтобы прокормить троих ребятишек и поднять на ноги дочь. Светлане Абариновой врачи не давали никаких прогнозов на выздоровление. Но Пелогее Акимовне, владеющей секретами народной медицины, удалось вытащить ее буквально с того света.

После этого родные решили вернуть Ивана в семью. Бабушка предъявила гражданский иск в пользу внука к министерству обороны и министерству финансов России о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью в армии. На эти деньги (сумма иска — один миллион рублей) она рассчитывала хоть как-то улучшить жилищные условия и забрать инвалида к себе. Отстаивать права Абариновой помогала тогдашний председатель совета родителей военнослужащих РХ Татьяна Гусельникова.

“Очень сложно выразить в денежном выражении боль и страдания внука, который находится в полной изоляции от нормальной жизни, — указывалось в исковом заявлении. — В результате виновных действий ответчика был причинен вред здоровью и жизни моего внука Ивана. Он лишился нормальной жизни в обществе, а общество лишилось полноценного гражданина. Иван не может иметь семьи и заниматься трудовой деятельностью, участвовать в общественной и политической жизни Российской Федерации. Он испытал и до настоящего времени испытывает физические и нравственные страдания в связи с заболеванием. Было унижено человеческое достоинство Абаринова И.В. и во время военной службы, и после нее. Вина ответчика полностью доказана заключением военно-врачебной комиссии СибВО г. Новосибирска”.

 

Верните нам Ваню!

 

Суд отказал бабушке в удовлетворении иска. На том основании, что “в настоящее время Абаринов И.В. находится в Абазинском психоневрологическом интернате, соответственно, опекуном, законным представителем его будет являться данное учреждение”. По мнению суда, Абаринова П.А. являлась ненадлежащим истцом по данному делу и, кроме того, не представила “доказательства причинения вреда здоровью Абаринову И.В. в связи с исполнением обязанности по прохождению им военной службы”...

Пелогея Акимовна и Светлана Ивановна Абариновы до сих пор не могут понять: за что с ними так обошлось государство? Ведь Ваню забрали служить Родине совершенно здоровым, а вернули душевнобольным. Почему за это никто не ответил? Почему мать и бабушка, у которых отняли кормильца, остались со своим горем одни?

— Они каждый день плачут, сердце кровью обливается, глядя на них, — говорит близкая знакомая Абариновых, бывшая учительница из Абакана Нина Подлевская. — Младшие дети уже выросли, живут отдельно, а Иван все так же мается без семьи. Родные и рады бы его забрать, но куда?..

“Мы Ваню оформляли на время, потому что жить было негде, а его взяли на постоянно, — жалуется Пелогея Акимовна. — В Абазу приедем — он плачет, просится домой. Говорит, плохо ему, постоянно колют лекарства. В последний раз видим: на лбу какая-то шишка. Ему нужны свежий воздух, земля, отдельная комната и родные (так врач говорил). А там он...”.

Абариновы убеждены: дома их Ванечке будет лучше. Уже много лет подряд семья пытается добиться хоть какой-то милости и справедливости от государства, но пока безрезультатно.

В январе 2011 года после обращения в администрацию президента Российской Федерации был получен ответ из министерства труда и социального развития Хакасии за подписью первого заместителя министра Татьяны Пономаренко. В нем, в частности, говорится, что “вопрос об отчислении Абаринова И.В. из Абазинского психоневрологического интерната на постоянное проживание в семью решен положительно”. С учетом престарелого возраста бабушки и состояния здоровья матери-инвалида опекунство мог бы оформить на себя один из младших братьев Ивана. Но у него своя семья, а нормальных жилищных условий тоже нет. Значит, все по-прежнему упирается в квартирный вопрос.

Так кто же поможет солдату, который, добросовестно исполнив свой гражданский долг, потерял здоровье на службе Родине? Когда закончатся мытарства и “хождения по кругу”? Неужели в сложившейся ситуации остается только один выход — обратиться за поддержкой к высшему должностному лицу республики?

 

Тамара КИРИЧЕНКО