Мнение экс-прокурора республики по поводу расследования одного ДТП

 

Быть обвиненным в преступлении, которого не совершал, когда на тебя наползает тяжкая машина репрессии — тяжелый удар для человека. Пережить такое способен не каждый.

Мне, прокурору с 40-летним стажем, проверившему около 2500 уголовных дел о безвинно казненных в тридцатые годы прошлого века, душно от мысли, что в наши дни встречаются рецидивы старой, как мир, практики: “был бы человек, а статью подберем”. И это в XXI веке, когда никто не выдает планов на поимку и осуждение преступников, никто не платит следователю сдельно за каждое предъявленное обвинение и за предание суду. В чем же причины живучести этого явления? Где его корни? У меня как у профессионала, проработавшего всю жизнь в прокуратуре, есть свои соображения по этому поводу. Для наглядности приведу одно дело.

 

Два преступления и полная “темнуха”

 

В 2008 году я писал книгу “Наши современники”. Для подготовки очерка о заслуженном финансисте Иване Сяглове встретился с ним. Когда основной разговор закончился, старый друг попросил выслушать печальную историю своей соседки Татьяны Валлиулиной.

Она, заместитель главного бухгалтера одного из учреждений Абакана, в течение двух лет ездила в город на работу из Белого Яра на своей “Тойоте-Карине”. В тот злосчастный день, 25 июня 2008 года, Валлиулина, как всегда, посадила в машину своих постоянных попутчиков. Это были молодая женщина Елена Дунаева и двое мужчин — Красильников и Струков. В пути к ним подсела еще одна женщина — Полянская.

Шел восьмой час утра. На улице было светло, моросил мелкий дождь. Татьяна вела машину уверенно, так как ездит не первый год. И дорогу она изучила так, что могла бы ехать едва ли не с завязанными глазами. Скорость держала в пределах 80 — 100 километров в час, что вполне нормально для этой трассы.

Беда пришла неожиданно в виде автомобиля ярко-красного цвета типа “Лада-Калина” с левым рулем. Водитель этой машины обгонял один автомобиль за другим. Он только что обогнал слева шедшую за Татьяной автомашину, подрезал ее и поцарапал краску. А машину Татьяны то ли спьяну, то ли сдуру начал обгонять справа, хотя дорога слева была свободна. Похоже, лихач решил показать класс вождения женщине-водителю. При обгоне красная машина выехала своими правыми колесами на мокрую от дождя правую обочину. Очень опасный и запрещенный правилами маневр! Инстинкт самосохранения заставил этого водителя отвернуть от кювета. Он повернул руль влево и подрезал автомашину Татьяны, которую обгонял. При этом зацепил и ударил ее то ли бампером, то ли задним левым крылом — следствие этого так и не установило.

От удара передние колеса “Тойоты-Карины” вывернуло влево, и через секунду-другую она оказалась на противоположной стороне дороги. Татьяна еще пыталась удержать машину на дороге, но левое колесо автомобиля уже заехало в кювет. Машина еще некоторое время двигалась юзом, а затем свалилась в кювет и несколько раз перевернулась.

Негодяй оказался еще и трусом. Он умчался от кувыркавшейся машины, не оказав помощи людям. Это в стиле “нового русского”. Он и до сих пор не установлен, хотя с того времени прошел 21 месяц.

Следователь же признала, что этот водитель совершил административное нарушение, которое... не состоит в причинной связи с ДТП. Такой вот оригинальный вывод!

Больше всех — трагически — не повезло Елене Дунаевой. От полученных травм она скончалась по дороге в больницу. Сама Татьяна ударилась головой. “Тойота” превратилась в металлолом. На ней остались следы красной краски, оставленные машиной лихача.

Милиция из райцентра приехала быстро. В следственной бригаде, помимо следователя Натальи Богданович, был и начальник районной ГИБДД Герман. Они, надо полагать, сразу оценили последствия ДТП.

Во-первых, нужно регистрировать преступление со смертельным исходом и возбуждать уголовное дело. Факт смерти налицо.

Во-вторых, виновник ДТП, затеявший недозволенный дурацкий обгон справа, скрылся.

В-третьих, нужно поставить на учет еще одно преступление — неоказание помощи потерпевшим, которых скрывшийся лихач оставил в опасном для жизни состоянии.

Итак, два преступления и полная “темнуха”.

 

Ходатайство о розыске виновника осталось без внимания

 

Что же стала делать в этой ситуации следователь? Спрашивать Татьяну, почему та не тормозила или не уступила дорогу обгонявшей ее машине, почему она допустила, что ее машина опрокинулась в кювет. Из вопросов следователя можно было понять, что погибла пассажирка по вине Татьяны. Хотя делать какие-то выводы, тем более говорить об этом вслух, публично при осмотре места ДТП никто не имеет права.

Татьяна, хотя и была в стрессовом состоянии, объяснила представителю закона, что никаких правил дорожного движения не нарушала, ехала с дозволенной скоростью, по своей полосе, никому не мешала, а совершать маневры перед каждой обгоняющей машиной правила дорожного движения не предписывают. На заявление следователя о непринятии всех мер к предотвращению ДТП Татьяна ответила, что она и не могла что-либо сделать, так как ее нагло столкнули с дороги.

Теперь о том, что не сделала следователь.

Следователь не заставила сотрудника ГИБДД съездить на пост стационарного ГАИ в Абакане и Минусинске, чтобы по горячим следам установить маршрут движения ярко-красной машины. Она не дала милиции срочного задания об установлении личности скрывшегося водителя, не подняла на ноги всю службу ГИБДД, уголовного розыска. Никто не проверил СТО, мастерские по ремонту автомашин, магазины, где продаются бамперы и левые крылья. Даже списка ярко-красных авто из службы учета транспорта республиканской ГИБДД никто не истребовал. Зачем? Ведь виновник ДТП еще до начала следствия был определен!

В постановлении о возбуждении уголовного дела следователь написала дословно следующее:

“28 июня 2008 г., 12 часов дня. Старший следователь СО при ОВД по Алтайскому району майор юстиции Богданович Н.А., рассмотрев материалы КУСП от 25.06 2008 г., установил: 25 июня 2008 г. около 7.45 на 10-м км трассы “Абакан — Саяногорск” Валлиулина Татьяна Динаровна, управляя автомашиной “Тойота-Карина”, двигаясь в сторону Абакана, не справилась с управлением, допустила выезд на встречную полосу движения, съезд в кювет и опрокидывание. В результате ДТП пассажирка Дунаева Елена Анатольевна скончалась при доставлении в больницу. Принимая во внимание, что имеются достаточные данные, указывающие на признаки преступления, предусмотренного ст.264 ч.2 УК РФ, руководствуясь нормами УПК, постановил:

возбудить уголовное дело в отношении Валлиулиной Татьяны Динаровны по признакам преступления, предусмотренного ст. 246 ч. 2 УК”.

Заметьте: никакого обгона, никакого удара обгоняемой машины, никакой ссылки на нарушения конкретных пунктов правил дорожного движения и, разумеется, никакого скрывшегося участника движения!

А ведь майор юстиции, нужно полагать, знает требования ст. 15 УПК о том, что оценивать доказательства по делу она должна по внутреннему убеждению на основании совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь законом и совестью.

И какая тут совокупность? Какой закон?

Дальше — больше. Следователь написала в постановлении, что Валлиулина не соблюдала боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения. Представляю, сколько нецензурных слов произнесет любой водитель по этому поводу. Какой интервал у идущей в прямом направлении одинокой машины? Это можно поставить в вину только обгонявшему водителю. Но где его взять?

Еще следователь написала, что обвиняемая не имела опыта вождения автомашины, не приняла мер к снижению скорости и остановке транспортного средства, выехала на полосу встречного движения, не справилась с управлением и допустила съезд в кювет и опрокидывание.

Валлиулина, тысячу раз ездившая в Абакан и обратно по этой трассе, признана неопытной. Логика здесь железобетонная — была бы опытной, в кювете бы не валялась. Как говорится, у сильного чиновника бессильный обыватель всегда виноват. Только остается тайной, как следователь определила опытность человека.

Обвинение было предъявлено Татьяне без каких-либо оснований, по факту. Она в слезах рассказала об этом Сяглову, а тот — мне. Я, хотя и экс-прокурор Хакасии, но не вправе вмешиваться в ход расследования любого дела. Но свое мнение могу иметь. Его я и высказываю.

Сяглову я тогда сказал, что, имея сам полувековой опыт управления автомашиной, не читая материалов дела, могу сказать однозначно, что обвинение Валлиулиной безосновательно, она будет непременно оправдана. А следователю вместо обвинения Татьяны лучше бы заняться поиском настоящего виновника. И даже если бы Валлиулина нарушила какие-то правила, то все равно без установления другого участника ДТП предавать ее суду нельзя. Ведь остаются сомнения в ее виновности, а они всегда в пользу обвиняемой. Так и записано в статье 14 УПК РФ: “Подозреваемый или обвиняемый не обязаны доказывать свою невиновность. Все сомнения в виновности, которые нельзя устранить в определенном законом порядке, толкуются в пользу обвиняемого”. В случае же с Татьяной никаких сомнений не было. Не было лишь настоящего виновника.

Адвокат Татьяны подтвердил обстоятельства ДТП, сказав, что не видит состава преступления у Валлиулиной. Я попросил его написать мотивированное ходатайство о прекращении уголовного дела в части обвинения Валлиулиной и о розыске настоящего виновника. Но следственное управление МВД РХ на это не среагировало.

 

Суд отказался проштамповать обвинительное заключение

 

В сентябре 2008 года дело пошло в суд Алтайского района. Но суд отказался выносить приговор и возвратил дело для дополнительного расследования.

Это был серьезный сигнал для следствия и прокурора Соколова, утвердившего обвинительное заключение по делу.

Еще почти год длилась волокита и, наконец, дело снова пошло в суд. К чести федерального судьи Алтайского района Виктора Галинова надо сказать, что он отказался проштамповать обвинительное заключение, подписанное прокурором. 28 августа 2009 года он вынес оправдательный приговор, постановив о полной реабилитации Валлиулиной и выплате ей материального и морального ущерба за незаконное обвинение в преступлении.

Увидев оправдательный приговор и познакомившись, наконец, с Валлиулиной, я сказал, что нужно готовиться к кассационной инстанции. Следствие и прокурор будут отстаивать “честь мундира” и воевать за свою “правду”.

 

Вопреки здравому смыслу

 

Прокурор в своем представлении в Верховный суд Республики Хакасия несогласие с оправдательным приговором мотивировал показаниями свидетелей Красильникова, Струкова и Полянской, ехавшими в автомашине Валлиулиной: мол, Татьяна не тормозила перед столкновением, не уступила дорогу обгонявшему транспорту, выехала на встречную полосу, а затем в кювет.

Но прокурор забыл сказать, что от этих показаний свидетели отказались еще в первом судебном заседании — они заявили, что показания неправильно записаны следователем. Прокурор не замечал, что истинные обстоятельства ДТП были совершенно иными, чем их излагало следствие. Зато ссылался на показания следователя и начальника районной ГИБДД. Теперь они стали “свидетелями обвинения”. Пытались убедить суд, что не приняла Валлиулина мер к торможению после столкновения с красной автомашиной, не справилась с управлением.

Но давайте сделаем простой расчет (задача для ученика четвертого класса). При скорости 100 километров в час автомобиль проезжает по дороге 27,77 метра в секунду. За пару секунд после столкновения автомашина Валлиулиной по касательной проехала по встречной полосе около 50 — 60 метров и перевернулась.

Вывод простой — у нее не было возможности что-либо изменить. Следствие же утверждало, что “столкновение между автомобилями было по касательной и не могло повлиять на траекторию движения автомобиля под управлением Валлиулиной”.

То есть она сама по своей вине заехала в кювет на противоположной стороне дороги. Все это противоречит фактическим обстоятельствам ДТП и здравому смыслу. Пассажиры Валлиулиной подтвердили, что, увидев обгонявшую ее справа по обочине автомашину, Татьяна только и успела вскрикнуть: “Куда он прет!”, а вслед за этим последовал удар, и через доли секунды машина стала кувыркаться в противоположном кювете.

Об отсутствии объективности, полноты и всесторонности следствия свидетельствует то, что следователь не определила тяжесть полученных самой Валлиулиной телесных повреждений. Конечно, по сравнению со смертью Дунаевой это мелочь, но и ее не мог проигнорировать добросовестный следователь. В данном же случае работник следствия не установила материальный ущерб, причиненный Валлиулиной повреждением автомашины по вине скрывшегося преступника; не замерила длину пути автомашины по касательной от места зацепа до места съезда в кювет.

В результате из пострадавшей Валлиулина была превращена в обвиняемую, а затем в подсудимую. Другая версия не отрабатывалась вообще! А ведь она была сразу заявлена Валлиулиной.

 

Оправданная вправе требовать сатисфакции

 

На беду, у нее сменился адвокат. Другие стали заламывать по тысяче рублей за каждую минуту выступления на коллегии.

Я посоветовал, чтобы она сама защищала себя. Написал совершенно бесплатно возражения на представление прокурора. Ей надо было только прочитать этот текст на коллегии. Но кассационная коллегия с этим не согласилась, отложила рассмотрение на ноябрь. Пришлось снова платить адвокату. Но и Татьяна вела себя в суде уже уверенно, сказала все, что говорила с самого первого дня, подала коллегии свое письменное заявление на этот счет.

Как и следовало ожидать, Верховный суд РХ отклонил представление прокурора и оставил оправдательный приговор суда от 28 августа 2009 года в силе. После полутора лет моральных терзаний, нервотрепки, уплаты нескольких десятков тысяч рублей адвокатам Татьяна Динаровна Валлиулина полностью реабилитирована.

Теперь она уже без следствия должна за свой счет оценить причиненный ее автомашине ущерб, просить о признании ее потерпевшей по делу, возобновить расследование и поиск виновника, хотя это должно было сделать следствие полтора года назад, если оно рассчитывало на полноту, всесторонность и объективность расследования.

Отменена и подписка о невыезде. Теперь Татьяна Валлиулина будет ждать, когда ГИБДД, уголовный розыск, следственные органы и прочие могучие силы хакасской милиции наконец-то возьмутся устанавливать настоящего виновника смерти Лены Дунаевой. Ведь преступление вновь стало нераскрытым, как и было 25 июня 2008 года.

Оправданная вправе потребовать и сатисфакции с должностных лиц, организовавших ее судилище. Они нарушили закон.

В чем? А в том, что всякое сомнение в виновности человека должно быть расценено в его пользу. У следователя и прокурора таких сомнений не возникло, хотя им об этом подсказывали со стороны.

Они не организовали полного, всестороннего и объективного расследования — непременных условий для любого расследования. Неужели для них ведомственные показатели раскрываемости преступлений оказались дороже, чем честь и достоинство невиновного человека? Ведь ст. 6 УПК РФ требует обеспечить защиту личности от любого незаконного и необоснованного обвинения. А оно рождается, когда следователь увлекается лишь одной версией преступления, а остальные не считает нужным проверить. От этого рождается произвол — явление в правовом государстве нетерпимое. Прокурор отвечает за исполнение законов работниками следствия и ГИБДД. А он в данном случае обратился в Верховный суд со смехотворным, по моему мнению, протестом и поддержал его в кассационной инстанции.

 

Вместо послесловия, или Зачем на “око государево” надели черную повязку адмирала Нельсона

 

В этом частном эпизоде нашего бытия я открыл для себя много нового. Наш законодатель начиная с 7 сентября 2007 года так урезал права прокуроров, что они теперь лишены полномочий давать обязательные к исполнению письменные указания следователям (кроме случаев возвращения дела к доследованию). А самое главное — прокурор лишен права прекращать дела за отсутствием состава преступления или виновности обвиняемого. Государственная Дума России уже многое отобрала у прокуроров. Например, право возбуждения уголовного дела.

Когда Петр Великий создавал этот орган, он учреждал его для высшего надзора за всеми чиновниками, включая правительственный сенат. Это было “око государево”. Теперь на это око надета черная повязка адмирала Нельсона.

Даже обнаружив беззаконие у следователя, прокурор лишен возможности прекратить своим мотивированным постановлением уголовное дело или уголовное преследование в отношении невиновного лица. По моему мнению, если уж Госдума решила внедрять в уголовный процесс демократию или либерализм на европейский манер, то она вполне могла бы предоставить следственному комитету право обжаловать такое прокурорское прекращение в судебные органы, а лучше — вышестоящему прокурору.

Интересно, что согласно ст. 37 п. 4 УПК прокурор в судебном заседании имеет право отказаться от своего обвинения человека, не спрашивая согласия следователя. Получается, что прокурор сначала должен предать невиновного суду, а там отказаться от обвинения. Не слишком ли тернист путь прокурора к справедливости — через моральное истязание невиновного?

Прокурор лишен Государственной Думой права прекращения уголовного дела или уголовного преследования при утверждении обвинительного заключения непонятно по каким причинам и вопреки ст. 6 УПК. Ведь он обязан осуществлять защиту личности от незаконного обвинения, ибо отказ от преследования невиновного, полная реабилитация каждого, кто подвергся незаконному уголовному преследованию, является целью не только суда, но и прокурора.

Ст. 221 УПК установила право прокурора лишь, во-первых, утвердить обвинительное заключение следователя, а во-вторых, направить его на доследование для изменения объема обвинения или квалификации.

А если прокурор видит, что никакого преступления человек не совершал или его вина не установлена, то прекратить дело не имеет права, хотя бы и расследовать больше нечего. Выходит, что прокурор превращен в марионетку следователя? Это явный брак в законе и промах наших законодателей.

Справедливость для Валлиулиной восторжествовала. Суд снял с нее клеймо необоснованных обвинений.

Но полной справедливости нет. Виновник смерти Лены Дунаевой тоже пока торжествует, ибо его никто не ищет. Мать погибшей, введенная в заблуждение следователем об истинном виновнике смерти Лены, по-прежнему считает Валлиулину виновной в ее гибели. Она в суде заявляла о взыскании с подсудимой компенсации за моральный ущерб и расходов на погребение. И недавно суд удовлетворил иск.

Самое нелепое состоит в том, что, несмотря на прошедшие после оправдания месяцы, сама Валлиулина не получила постановление следователя о признании потерпевшей и лишена возможности требовать от государства возмещения причиненного ей морального вреда в связи с незаконным преданием суду. А доверить Богданович дальнейшее ведение следствия по делу о гибели Дунаевой, по моему мнению, нельзя.

Дело чести хакасской милиции — найти убийцу и предать суду. Пока она его только вольно или невольно укрывала. Будем надеяться, что справедливость восторжествует окончательно.

Владимир ГАВРИЛЕНКО,

заслуженный юрист Хакасии,

почетный работник прокуратуры России,

старший советник юстиции,

кавалер медали “За верность Закону”

Абакан

Коллаж Юрия СИРЕНЕВА