Министр внутренних дел по Хакасии генерал-майор милиции Илья Ольховский в беседе с корреспондентом “Хакасии” изложил свой взгляд на сегодня и завтра милиции.

 

От карательной практики к оказанию социальных услуг населению

 

— Илья Иванович, затеянная реформа МВД предполагает, в частности, формирование научно обоснованной системы оценки деятельности органов внутренних дел. Неужели на самом деле произойдет “максимальный уход от валовых показателей”?

— Как только я начал работать в республике, перед личным составом поставил задачу о постепенном переходе хакасской милиции от карательной практики к оказанию социальных услуг населению. Тот, кто меня услышал, думаю, поймет суть новаций на федеральном уровне. Гражданину абсолютно безразличны цифровые показатели милицейской работы. Ему важно одно — чувствовать себя спокойно на улице в любое время суток, знать, что его там не убьют, не изнасилуют, не ограбят, а если надо, милиция защитит.

На это и нацелена наша программа “Первый шаг”. За полтора года ее действия сделано немало. Но позицию “Я могу все, и ты передо мной никто” не каждому дано изменить. Тем более в короткий срок. Это сложный и длительный процесс. В милиции люди должны служить народу, как служат в церкви, армии. Те, кто этого не понимает, — пустые, чужие люди, а может, и вредные, поскольку своими проступками подрывают наш авторитет.

— И как поступаете с ними?

— Кого-то воспитываем, кого-то выгоняем, кого-то наказываем. Люди — не роботы, а представители нашего общества, хорошие и не очень... Тем, чье “воспитание телевизором” пришлось на годы перестройки, непросто. Они пришли в милицию с другой идеологией, а то и вообще без идеологии. Я не хочу сказать, что молодежь плохая. Есть толковые ребята, отличные специалисты. Их много. Есть сотрудники, готовые на самопожертвование.

Взять недавний случай в Таштыпе. Сотрудник ДПС, увидев ночью на мосту самоубийцу, кинулся спасать. По инструкции он должен был вызвать наряд милиции, постелить на льду матрасы... А он же ни секунды не раздумывал. Бросился спасать глупую женщину, хотя сам мог погибнуть.

Или другой случай — в Черемушках. Помните, трое напали на торгового представителя и родственника хозяйки магазина? Выстрелы в магазине услышал оперуполномоченный, случайно оказавшийся поблизости. Безоружный, он пошел на вооруженного преступника и обезвредил его. (Подельники убежали, но потом и их поймали.) Как такому милиционеру не сказать спасибо? Он явно рисковал жизнью, но пошел на задержание. Может, это было и не совсем правильно в той ситуации, но победителей не судят.

— Хорошо, но давайте вернемся к первому вопросу.

— О цифрах? Как профессионал я должен видеть статистику. Она может показать положительные и отрицательные стороны работы, позволяет делать сравнения. Вот смотрите. В 2006 году в Хакасии осталось нераскрытыми свыше 11 тысяч преступлений, а в 2009-м — пять тысяч. Меня радует такое снижение количества нераскрытых злодеяний. Но огорчает то, что еще пять тысяч осталось “темными”. Конечно, мы продолжим работу в этом направлении и, конечно, будем сравнивать ее результаты с данными предыдущего периода. От сравнительного анализа при оценке деятельности милиции не уйти.

Другое дело, что некогда от нас требовали раскрывать убийство за… два часа. Естественно, потом это требование отменили. Ведь одно убийство можно раскрыть за пять минут, а над другим — месяцами биться и ничего не добиться. Это в фильмах все идет как по маслу.

— Оперативность реагирования на сигналы граждан и раскрытие преступлений по горячим следам, очевидно, останутся во главе угла работы органов внутренних дел?..

— Да. К чести хакасской милиции, в 2008 году мы ввели режим “скорой помощи”. Сначала в порядке эксперимента наряды выезжали на вызовы граждан, набиравших 02, в пределах 15 минут, а потом нововведение было облечено в форму приказа. К сожалению, бывает технический брак — ложные и не входящие в нашу компетенцию вызовы. Но это наша обязанность — отреагировать на сообщение и проверить его.

Горжусь, что некоторые регионы Сибири уже подхватили нашу инициативу и даже кое в чем ее усовершенствовали. Но и мы продолжаем идти вперед. В УВД по Абакану создана специальная группа по разбору семейных скандалов. Не исключено, что со временем мы еще больше сократим и срок, в течение которого наряд милиции будет прибывать на место происшествия. Это зависит от обеспеченности транспортом. Впрочем, гражданину это неинтересно. Ему важно, чтобы быстро оказали помощь.

Я уж не говорю о том, как важен для раскрытия преступления по горячим следам своевременный выезд на место его совершения. У наряда милиции есть возможность если не задержать преступника, то помочь пострадавшим, вызвать скорую помощь, взять под охрану место происшествия, чтобы следы не затоптали и потом уже могла продуктивно работать оперативная группа.

— Общественное мнение отныне становится одним из главных критериев оценки деятельности милиции. Вы верите в его объективность?

— Чем больше людей участвует в опросе, тем выше достоверность его результатов. Закон больших чисел, думаю, сработал и в случае, когда мы проводили интернет-голосование по программе “Первый шаг”. В нем приняли участие свыше 1500 человек. На вопрос: “Доверяете вы органам внутренних дел или нет?” — 56 процентов респондентов дали утвердительный ответ. Думаю, это высокая оценка с учетом того, что отвечали люди, которых никак не назовешь социально опущенными.

Нам нет смысла что-то скрывать. О сегодняшнем положении дел в органах внутренних дел республики, наверное, многое скажет такой факт: за январь к дисциплинарной ответственности я привлек шестерых сотрудников, а поощрил 130 (в основном за раскрытие преступлений). И я готов поощрять за хорошую работу еще больше сотрудников!

— Фонд поощрения неисчерпаем?

— Быть поощренным — это необязательно холодильник домой отнести. Более ста сотрудникам милиции — повторю, из 130 — я объявил благодарность. Получить спасибо — это тоже форма поощрения. Если бы сегодня министр Нургалиев объявил мне благодарность за хорошую работу, я бы считал это высшей наградой.

 

От подбора кадров к их отбору

 

— Но важность материальной составляющей в системе поощрения работника любой сферы не отменить.

— Самое главное — это заработная плата. В органах внутренних дел, к сожалению, она такова, что позволяет лучшим уходить туда, где зарплата выше. Наши бывшие следователи работают судьями, в наркоконтроле, Следственном комитете…

Я рад, что до начала следующего года будет пересмотрена система денежного довольствия сотрудников ОВД. Ведь лишь при достойной заработной плате начнет работать принцип не подбора, а отбора кандидатов для службы в милиции. Иными словами, появится возможность выбрать лучшего из пяти, а может, из двадцати или даже сорока человек.

— Глава Счетной палаты Сергей Степашин заявил о том, что милиции общественной безопасности больше не будет. Вы можете прокомментировать его слова?

— Что такое милиция общественной безопасности? Это служба участковых, ГАИ, патрульно-постовая служба, инспекция по делам несовершеннолетних, органы дознания… Как обойтись без них? Те же участковые, пусть их раньше называли околоточными, всегда были!

Сегодня не о переименованиях надо говорить, а об избавлении МВД от лишних функций. Если милиция отвечает за охрану общественного порядка, то она и должна этим заниматься, а не по рынкам ходить, проверяя все и вся. Несвойственных милиции функций хватает. Вы же помните, я еще до объявления реформы поднимал вопрос о медвытрезвителе. Не может милиционер оказывать квалифицированную медицинскую помощь. Для этого существует система здравоохранения.

Не раскрою государственную тайну, если скажу, что и наркополицейские, и милиционеры иногда во вред делу ведут одних и тех людей, подозреваемых в наркосбыте. Сотрудники наркоконтроля не знают, чем мы занимаемся, а мы — чем они, так и должно быть. Но к чему параллельность в этой работе? Наверное, наркоконтроль должен ею заниматься.

Или взять республиканское министерство транспорта и дорожного хозяйства. Достаточно того, что оно отвечает за состояние дорожного полотна. Но причем тут ГАИ? Можно приводить и другие примеры, свидетельствующие о том, что по части вопросов мы берем на себя функции, за которые напрямую отвечают другие министерства и ведомства. А их в Хакасии 70.

В указе президента сказано, что предложения по сокращению несвойственных милиции функций должны быть внесены в федеральное правительство в течение двух месяцев. Подождем.

— С начала этого года начала функционировать система контроля за доходами и имуществом сотрудников органов внутренних дел. По-вашему, насколько она окажется эффективной в борьбе с коррупцией?

— Жизнь покажет. Проверка достоверности сведений возложена на службу собственной безопасности. Декларации, причем не только на себя, но и на супругу и несовершеннолетних детей, должны заполнить почти 90 процентов личного состава органов внутренних дел республики. Понятно, что физически всех невозможно проверить. Очевидно, процедура коснется тех, кто будет переступать черту закона или на кого поступит информация в службу собственной безопасности.

Если честно, существенно выявить коррупционеров с помощью ныне действующей системы контроля за доходами и имуществом чиновников, а теперь и сотрудников милиции, наверное, не получится. В вашей газете на эту тему был анекдот:

— Мама, можно золотое колье надеть?

— Нет, доченька.

— А шубу?

— Нет.

— А когда можно-то будет?

— Папа уйдет на пенсию, вот тогда и наденешь!

Когда и кто будет надевать золотые колье да шубы?.. Не знаю. А мне что? Покажу в декларации свою зарплату, квартиру, ну и все.

 

От равнодушия к пониманию

 

— Илья Иванович, вы почти два года работаете в Хакасии. Можете сказать, какое преступление вас больше всего здесь потрясло?

— Пожалуй, убийство пятерых человек в селе Сон. Самое страшное — цинизм, с которым виновный заявлял о том, что у него рука не поднялась на самых маленьких детей (одному ребенку тогда было три года, другому — полтора месяца). Но он же положил газовый баллон на печку! Дети им были фактически приговорены. К счастью, участковый уполномоченный милиции предотвратил эту беду.

Именно самопожертвование этого и других сотрудников милиции, которые с риском для жизни спасают людей, — вот мое главное впечатление от работы в Хакасии.

— Но ведь и граждане тоже приходят на помощь попавшим в беду.

— Конечно. Ни один человек, который встал на защиту другого и помог задержать преступника, не остался без нашего поощрения.

Вообще мне хочется говорить о жителях республики только хорошее. За редким исключением, это добрые, теплые люди, с пониманием относящиеся к нашим проблемам. И это дает мне энергию работать.

Беседовала

Вера САМРИНА

Фото Ларисы БАКАНОВОЙ