В Абакане прошел юбилейный вечер Натальи Ахпашевой

 

“О, дева Хакасии дивной,

Ты чистое золото слов

Хранишь в тишине неразрывной

Сокровищем отчих миров...”

Эти строки адресовал известной хакасской поэтессе (а она предпочитает называть себя литератором) коллектив редакции журнала “Сибирские огни”. С ним Наталью Ахпашеву связывают годы творческого содружества. Впрочем, то же самое можно сказать и о ее отношениях с коллегами из других регионов. Свои поздравления ей прислали не только новосибирские, но и красноярские, тувинские писатели. Естественно, на имя литератора поступило благодарственное письмо правления Союза писателей России. Ну а родной Союз писателей в лице Ильи Топоева не только доброе слово молвил, но еще и взнос на издание будущей книги вручил.

Удивили официальные лица. Заместитель председателя правительства республики Ирина Смолина, министр культуры Светлана Окольникова, министр территориальной и национальной политики Надежда Балахчина тепло и просто говорили о “деве Хакасии дивной”. Суть же ее творчества точно отразил певец Герман Танбаев: “Она чувствует время. В ее стихах оно оживает”.

Выступления председателя республиканского совета ветеранов Гал ины Трошкиной (“Знаю Наташеньку с детских лет...”) и, конечно, друзей по учебе в ХТИ вылились в воспоминания, интересные всем. Помимо своего “золота слов”, его умелой хранительнице выступающие дарили цветы и книги. А она в дар каждому преподнесла только что изданный сборник стихов “Из памяти древней”.

Немало времени прошло с момента выхода предыдущей книги “Кварта”. В этот период стихи Ахпашевой издавали в Новосибирске, Томске, Москве, но не в Хакасии. Так что новая книга — долгожданный подарок. Поделимся этой радостью с читателями “Хакасии”, которой Наташа, некогда работавшая в газете, не раз признавалась в любви. С праздником, давний наш друг!

Вера САМРИНА

Фото Ларисы БАКАНОВОЙ

 

Древнее изваяние

 

Здесь проходили караваны

кочевников. И каждый год

кололи черного барана

и кровью мазали мне рот.

Тугие бубны рокотали.

И, освещая темный ров,

свод неба синего лизали

десятки жертвенных костров...

И уходили караваны.

И ветер разносил золу.

И череп черного барана

в густую вглядывался мглу.

 

... А ты бросаешь

горсть монеток.

Автомобиль в пыли стоит

дорожной.

Ты, наверно, где-то

богат и очень знаменит.

Но в миг прозренья и прощанья

замешкаешься предо мной,

чтоб ощутить

поверхность камня

внезапно дрогнувшей рукой...

 

Закат купается в крови.

Теперь не молятся, не плачут,

но просят так же все — удачу

и на охоте, и в любви.

 

* * *

Капля камень точит.

Времена — в песок.

Яростные очи

вспыхнут на восток.

 

Озарит курганы

древний божий лик.

Упадет обманный

предрассветный миг

сумрачно и глухо

на ковыль-траву.

Отведу до уха

злую тетиву.

 

Из тысячелетий

в даль и сквозь меня,

канувшего в нети

поколения,

плоть времен пронзая,

от родных шатров

взгляд уйдет до края

будущих миров.

 

Взрежет воздух, спящий

в сердцевине мглы,

острие летящей

на восход стрелы.

 

* * *

Дыхание степного зноя

колеблет воздух надо мной.

Чуть слышен запах зверобоя.

Обочина в пыли густой.

 

Земля сухая в пятнах соли.

Белесы перья ковылей.

И пересохла песня в горле.

И с каждым шагом тяжелей.

 

Но у границы окоема

мутнеет море бирюзы.

Полоска тьмы —

как сгусток грома

и обещание грозы.

Наталья АХПАШЕВА