Проектирование такого грандиозного сооружения, как Саяно-Шушенская ГЭС, учитывало ряд самых неблагоприятных факторов, в том числе природных катаклизмов и даже рукотворного разрушения плотины. Семиметровый запас плотины по высоте обеспечивает отражение со стороны водохранилища многометровой рукотворной волны. Главное — грамотно эксплуатировать гидроэнергокомплекс, поддерживать его в отличном состоянии. Ведь это самый мощный на евразиатском континенте гидроэнергетический объект.

 

Научный подход

 

Важное значение имело и то, что новое море — водохранилище — не затапливает большие площади земель. Вся площадь затопления — 546 квадратных километров. Красноярским водохранилищем было затоплено втрое больше.

В зоне водохранилища не произошло трансформации горно-таежных экосистем. Сохранились коренные ландшафты и многовековая природная динамика в них. По-прежнему высоко в горах можно встретить краснокнижных снежного барса и алтайского горного барана, в горно-таежном поясе — лесного северного оленя и тувинского бобра. Вокруг водохранилища формируются прибрежно-водные экосистемы. Пока само водохранилище используется только в транспортном отношении: 300-километровый глубоководный путь связал глубинку Республики Тыва с остальной Сибирью. В нижнем бьефе в лучшие условия были переселены жители с земель, которые могли подвергаться эпизодическим зимним подтоплениям, создана инженерная защита угрожаемым поселкам. Зарегулирование Енисея устранило катастрофические наводнения и срезало пики паводков летом.

Ученые обращали внимание на то, что плотина находится в зоне риска. По схеме сейсмического районирования территория размещения самой плотины лежит в 7 — 7,5-балльной зоне. Проектировщики заложили это сооружение с расчетом на восемь баллов. Так что в течение проектного (100 лет) срока службы станции природные катастрофы ей не грозят.

В Западном Саяне, уже пережившем последнее горообразование, в отличие от Алтая, землетрясения, а тем более подвижки по разломам маловероятны. Здесь протекает интенсивная денудация с участием склоновых процессов, размыв и вынос материала за пределы гор. С появлением водохранилища усилились обвально-осыпные процессы на участках подмыва рыхлого склонового чехла, которые, как правило, не носят катастрофического характера и будут затухать по мере формирования профиля равновесия склона.

 

Разрушить — значит потерять слишком много

 

Плотина c ГЭС — это энергетическое чудо Саян — строилась до пресловутой перестройки на совесть и для получения чистых киловатт-часов. На ближайшее время, до восстановления станции, потеря ее продукции, конечно, отразится на темпах развития региона, его отраслей промышленности. А требование “разрушить опасную ГЭС” чревато большими потерями, несоизмеримыми с ее восстановлением.

Известный в мире ученый, один из крупнейших знатоков водохранилищ и их проблем, А.Б. Авакян в своей последней статье “Водохранилища — феномен XX столетия” писал, что углубленные проработки предложений о снижении отметок или ликвидации водохранилищ показали их полную несостоятельность, поскольку спуск водохранилищ, не решая никаких экологических и хозяйственных проблем, приведет к полному разрушению сложившейся системы связей отраслей хозяйства в регионе.

Спуск водохранилища усугубит экологическую обстановку в его зоне на десятки лет. Безжизненное пространство бывшего днища с развалами мертвой древесины погибшего леса, обширными дресвяно-песчаными полями, оголенными скалистыми и глыбовыми склонами долго будет неуютным как для человека, так и для зверя. Погрустнеют жители города Нового Шагонара и поселков, устроившихся на побережье Саянского моря, которое вдруг или постепенно покинет их. До нового Енисея будет далековато ходить по воду. А сильные ветры не один год станут развевать пыль, сдобренную тяжелыми металлами и другими взвесями с осушенной поверхности ложа. Осушенное днище водохранилища долгие годы будет иметь вид опустошенной земли, среди которой будет роиться Енисей, прокладывая новое русло.

Слава Богу, что на Саяно-Шушенском гидроузле нет предпосылок для такого варианта решения проблемы безопасности населения и хозяйства в нижнем бьефе ГЭС.

Сегодня принимаются меры не только по физическому восстановлению станции, но и смене приоритетов в эксплуатации такого сложного крупного объекта энергетики, обновлению оборудования и технологий, доведению до требуемых норм и правил всех мероприятий, предусматривающих безопасность сооружений и людей, всего объекта, и безукоризненную работу всех его узлов и механизмов, а также безопасность людей и хозяйственных объектов в нижнем бьефе ГЭС.

 

Глобальное потепление и зона отчуждения против чистой энергии?

 

Что касается внедрения альтернативных источников энергии, атомных или тепловых станций, для Саяно-Шушенской ГЭС их нет ни по мощности, ни по срокам их создания. И дело даже не во времени. Новые атомные станции на устаревшей опасной технологии строить просто недопустимо. А проекты отечественных ученых на безрадиационной основе (ториевая энергетика, которая уже осваивается в нескольких странах) пока не допускаются до создания опытных станций и последующего строительства новых и переоснащения на новой технологии действующих АЭС. Зоны отчуждения АЭС на сотни лет нередко превышают площади под водохранилищами гидроузлов. А еще с ними связаны радиация, захоронение радиоактивных отходов, их переработка, оружейный плутоний…

Угольные электростанции становятся головной болью правительств многих стран в связи с их значительным вкладом в потепление климата планеты. Если учитывать площади отчужденных и исковерканных земель под угольными разрезами, терриконами пустой породы и углехранилищами, то они будут сравнимы с затопленными водохранилищами, но с последними связано появление новых экосистем и реабилитация прежних в их прибрежной зоне. Дальневосточными учеными доказано, что в зоне влияния водохранилищ в связи со смягчением микроклимата увеличивается прирост древесины лесных пород. А в зоне воздействия тепловых (угольных) станций происходит направленное угнетение почвенно-растительного покрова. Наряду с тепловым и химическим загрязнением ТЭС прямо и опосредованно влияют на здоровье и жизни людей. По расчетам чешского ученого Мали, каждый миллиард кВт•ч электроэнергии, произведенный на ТЭС в Средней Европе, приводил к гибели 226 человек. Расчеты американского ученого
Р. Гейла и нашего академика И.П. Дружинина дают меньшую, но малоутешительную цифру — 100. В расчетах ученые учитывали многие факторы, в том числе гибель людей при добыче, транспортировке, переработке углей, ухудшение здоровья проживающих вблизи таких станций и среды обитания, почв в зоне влияния ТЭС. Игорь Дружинин пришел к выводу о том, что самым важным экологическим критерием при определении экологичности энергоисточников является жизнь человека. Этому выводу отвечают ГЭС, использующие чистый возобновимый энергоресурс и исключающие тепловое и химическое загрязнение планеты и ее атмосферы. При сооружении ГЭС из зоны затопления или подтопления (в нижнем бьефе) люди переселяются, как правило, в лучшие условия с компенсациями своих потерь. В зонах же тепловых станций они становятся заложниками производства электричества и тепла без отселения и компенсаций. Наконец, стоимость кВт•ч электроэнергии, произведенной на ГЭС, в несколько раз ниже, чем на АЭС и ТЭС.

Однако в России пока освоено только 10 процентов энергии рек.

За время работы Саяно-Шушенская ГЭС выработала более 600 миллиардов кВт•ч электроэнергии. Для выработки такого количества энергии на тепловой станции потребовалось бы сжечь более 350 миллионов тонн, целое месторождение канско-ачинского угля, сотни миллионов тонн кислорода атмосферы. Уже к 1995 году Саяно-Шушенская ГЭС трижды окупила свое строительство.

Пора приступать к освоению чистых энергоресурсов океана (приливные ГЭС), геотерм Камчатского края, горных рек в незаселенных районах. Это стратегия. А в сибирском регионе выбор только один — скорейшее восстановление Саяно-Шушенской ГЭС.

 

Кому это выгодно?

 

25 ноября 2009 года в Федеральном агентстве водных ресурсов минприроды и экологии России состоялось совещание по установлению безопасных режимов наполнения и сработки Саяно-Шушенского водохранилища и обеспечению оптимальных режимов работы водохранилищ Ангаро-Енисейского каскада для нужд энергетики. Уже размещены заказы на изготовление турбин и другого оборудования на отечественных предприятиях, подготовлено для работы зимой здание электростанции, открыто финансирование. Ни в правительстве, ни в Государственной думе нет сомнений в срочном восстановлении станции. Закипела работа главного проектировщика — ОАО “Ленгидропроект”. Уже на выходе в работу два гидроагрегата станции.

Волна общественного мнения, всколыхнувшаяся после аварии на Саяно-Шушенской ГЭС, вынесла письмо жителей поселений в долине Енисея ниже плотины к руководителям государства с просьбой разрушить ее: закрыть станцию и спустить водохранилище. Создается впечатление, что кому-то нужно добиться такого решения — не людям, напуганным многолетней безответственной эксплуатацией станции, а тем, кто заинтересован в срыве долгожданного подъема нашей экономики. Спуск с перепугу водохранилища — не скорое и не дешевое предприятие, и не решит, а только усугубит положение в экономике, на много лет сорвет достаточное обеспечение региона электроэнергией. Приведет к нарушению сложившихся связей в природных системах в зоне водохранилища, в системе всего каскада енисейских ГЭС. Или потом ждать другого письма от десяти тысяч жителей у верхнего разлива водохранилища, которые в случае его спуска останутся среди полупустыни далеко от реки?

В письме организаторов кампании против ГЭС сквозит отсутствие гражданской ответственности, ведь они усиливают панику среди жителей, которым на самом деле не грозят посеянные страхи.

Рассмотрим не голословно невероятные варианты возможной катастрофы с плотиной Саяно-Шушенской ГЭС. Во-первых, землетрясения, случавшиеся в регионе за время работы ГЭС, никак не сказались на состоянии плотины. Вместе с горным массивом плотина отзывается на отдаленные сейсмотолчки. На самое мощное за последние столетия алтайское землетрясение 2003 года, эпицентр которого находился в 350 километрах юго-западнее Cаяно-Шушенской ГЭС, отреагировали только приборы слежения, размещенные в теле плотины. Трещины же — явление обычное почти для всех плотин. Они не представляют опасности для сооружения. Важно вовремя их замечать и заделывать.

Теперь — гипотетический вариант. Если допустить, что в случае мощного землетрясения со склонов в водохранилище сползет весь рыхлый покров вместе с растительностью, а это около 120 миллионов кубических метров, то уровень воды в нем поднимется на… 15 сантиметров.

Другой случай. Допустим, небывалое землетрясение подняло 20-метровую волну, со скоростью 14 метров в секунду устремившуюся к плотине. Благодаря семиметровому запасу высоты до гребня ее 13-метровая часть перемахнет через плотину километровой длины и устремится вниз. Катастрофа неминуема? Но нижележащее Майнское водохранилище, площадь акватории которого 11,5 миллиона квадратных метров, задержит эту массу воды объемом около 35 миллионов кубов, при этом его уровень поднимется на 3,5 метра. Естественно, ниже Майнского гидроузла будет высокий уровень воды в Енисее, незначительные подтопления, но без катастрофы. Увы, такого землетрясения не будет. Катастрофы не получается.

Но уроки минувшего должны быть учтены и для плотины, и для водохранилища, и для нижнего бьефа, тем более, что безопасность сооружений должна гарантировать безопасность людей и экономики в нижних бьефах. На горных реках Зее и Бурее, где действуют мощные ГЭС — Зейская и Бурейская, должны быть контррегуляторы, которые вписывались в проекты с самого начала. Но до сих пор они закладываются только в перспективные планы. А ведь в паводки, обусловленные муссонными дождями в бассейнах этих рек, при быстром добегании воды с гор по притокам, их водохранилища быстро наполняются, что требует сверхнормативных сбросов, которые могут вызывать наводнения в нижнем бьефе. Наглядный пример — нерукотворное наводнение, случившееся на Зее при переполнении водохранилища Зейской ГЭС в июле 2007 года из-за неточного прогноза приточности. А качество прогноза зависит от состояния системы гидрометеонаблюдений, которая была сокращена в бассейне Зеи в дикие 90-е годы, как и повсюду по стране. Значит, в комплексе мер по обеспечению безопасности гидроузлов и людей должно быть восстановление и усиление системы технически оснащенных гидропостов, метеостанций и метеообсерваторий с созданием человеческих условий работы и жизни людей на них.

Безотлагательно нужно строить Нижнезейскую и Нижнебурейскую ГЭС, контррегуляторы, которые позволят регулировать суточный и недельный режимы стока водохранилищ Зейской и Бурейской ГЭС, отвечая требованиям всех водопользователей — от энергетиков до фитофильных рыб, обеспечивая их нерест на затапливаемой пойме, и быть залогом безопасности людей и хозяйства в нижних бьефах.

А Саяно-Шушенскую ГЭС нужно не бояться, не срывать, а скорее оживить на самом современном уровне, чтобы своим светом засветилось это настоящее энергетическое чудо Саян, которое совсем скоро, без альтернатив, вольет свою энергию в море дел оживающей экономики страны, для создания лучшей жизни людей нынешнего и следующих поколений. Эта ГЭС еще много десятилетий послужит людям, если они заботливо и чутко будут следить за ее здоровьем, состоянием всех ее механизмов и самой плотины. Наконец, только ожившая станция будет вечной памятью о тех, кто погиб в катастрофе 17 августа 2009 года. Список 75 должен быть отлит золотыми буквами у входа. Уверен, сибиряки и пришедшие к ним на помощь из других краев России с жадностью, знанием дела и с радостью впрягутся в работу по восстановлению ГЭС и за короткие сроки дадут ей новую жизнь.

Вениамин ГОТВАНСКИЙ,

кандидат географических наук,

действительный член

Русского географического общества

Москва