Композитору Татьяне Шалгиновой — 55

Как написать о композиторе Татьяне Шалгиновой — человеке от музыки и просто музыкальном человеке? В моем представлении она воздушная, легкая, и наполненная и стремительная одновременно. Даже в ее походке будто улавливается музыка. Каждый шаг — как быстрый и точный удар по клавишам, создающий чистый звук. А вся вместе их последовательность напоминает неожиданный и изящный... экспромт. Причем каждый раз с новыми оттенками. На исходе первого февральского вечера и накануне юбилея Татьяны Федоровны мы пьем чай и беседуем в ее небольшом уютном рабочем кабинете в театре...

— Мне кажется, с годами человек становится все более гармоничным, складывается все более ясное мироощущение, — делится она своими наблюдениями. — На многие вопросы он уже может ответить самостоятельно. Накапливается благодарность к Жизни с большой буквы. Я пришла к выводу, что жизнь есть передача информации. Одно поколение передает другому, и так далее. Мы и сами являемся частью этой информации...

— Я так понимаю, тебе этой информацией хочется поделиться с людьми?

— Да, я бы хотела им сказать, что жизнь — это радость. Это благо большое. Она прекрасна. И ценить ее нужно, как в детстве. Людям, сохраняющим детство в душе, и жить легче.

— Ты всегда ее чувствовала, эту радость?

— Всегда. Я и стремилась к ней. Но жизнь — она как времена года: не всегда лето, не всегда птицы поют. Бывают и душевные стужи. Иногда нужно подняться над ситуацией, над обстоятельствами. Взлететь. Я где-то прочитала такую фразу: “Не всегда все обстоит так, как нам кажется”...

— Поговорим о музыке. Когда тебе впервые захотелось сочинить мелодию?

— Количество когда-то перерастает в качество... Я очень люблю музыку. Сочинять стала в театре. Театр я тоже о-очень люблю. Когда пришла сюда, было огромное желание стать частичкой этого целого — театрального коллектива. Мы же здесь как один цех, единый организм. Если бы я только преподавала музыку, возможно, все было бы по-другому. А тогда, в начале 90-х, мы ставили спектакль “Ах пуга” (“Белый бык”) Александра Чапрая. Над музыкальным оформлением спектакля мы работали вместе с Володей Раздобурдиным (Владимир Изосимович. — Прим. авт.), тогда уже состоявшимся композитором. Он писал главную тему спектакля — тему пролога-эпилога, и меня тоже убедил написать несколькго вокальных номеров — песен, тахпахов. Он сказал: “Пробуй! У тебя получится”. Поэтому он для меня как крестный отец, благословивший на сочинение музыки. А потом уже пошли детские спектакли и музыка к ним. Я считаю, это театр притянул меня, как некое энергетическое поле, и я стала сочинять. Очень горжусь, что работаю в старейшем учреждении искусства. На будущий год будет уже 80 лет, как открывается для зрителей его занавес! Сколько людей любили эту сцену, выходили на нее, чтобы опять же передать оттуда какую-то информацию людям!..

— Ты ведь не только служитель театра и автор музыки ко многим спектаклям наших театров, но еще и детский композитор, сочинения которого играют во всех музыкальных школах Хакасии, если не Сибири. И еще концертмейстер в классе скрипки...

— Меня очень привлекает детское мироощущение — такое светлое. Оно меня вдохновляет всегда. Мне нравится смотреть, как дети играют музыку, нравится слушать их. Сергей Михалков как-то сказал: “Сегодня — дети, а завтра — народ”. Это очень важно — стараться что-то делать для них, формировать их.

— Статистического анализа не проводила, сколько всего написано?

— Это музыка более чем к тридцати спектаклям и более двухсот песен — и к спектаклям, и вообще. Я очень удивилась, когда подсчитала. Еще пьесы для фортепиано, изданные пока в шести сборниках.

— Как рождается музыка? Если, конечно, можно ответить на этот вопрос...

— Можно, ведь и у тебя могут спросить, как рождается материал, какая-то статья... Хотя у вас, журналистов, все гораздо сложнее, безжалостнее: ваши труды сиюминутны, их читают только сегодня, это газета. Мне в этом смысле, может быть, повезло... У моего продукта срока годности нет — дети играют мою музыку и сегодня, и, надеюсь, завтра, и играют везде. Ноты можно переиздавать... Как сочиняю? Ученые до сих пор пытаются разгадать эту тайну большую. Если я просто пишу музыку, не для театра — это когда мне может быть одиноко или грустно, или когда эмоциональные накопления ищут выхода. Иногда сразу сочиняется, иногда возвращаешься к сочинению еще и еще.

— Дома садишься за рояль?

— Бывает. Сажусь не когда плохо, а когда скучно. Надо избегать этого состояния... Я благодарна, что моя мама выучила меня музыке, отдала в музыкальную школу. Они с папой подарили мне целый мир прекрасный! Хотя, да, был где-то в третьем классе такой момент, когда я сопротивлялась. Валерий Владимирович Глаголев, мой учитель, отговорил меня бросать школу... Поскольку пишу я больше для детей — вспоминаю при этом свое детство: чего мне тогда хотелось, о чем мечталось. Чего душа просит, о том и пишу. Вот, например, 4 декабря прошлого года в музыкальной школе была презентация моего альбома “Танцующие эльфы”. В нем 24 вальса во всех тональностях. Это как 24 разных состояния, как 24 часа в сутках: того, что пережил за весь день ребенок. Разнообразная очень палитра детских состояний. Где-то он радуется. Где-то ждет. Вот ему букет подарили на день рождения, он восторг испытывает...

Татьяна Федоровна листала страницы нового альбома и рассказывала, о чем ее пьесы, что чувствовала она и ее воображаемый ребенок, для которого они и писались:

— Вот он наблюдает, как по небу плывут облака (пьеса “Облака”. — Прим. авт.), как с неба падают снежинки пушистые, как они красиво вальсируют (“Снежинки”). Или вот, знаешь, как бывает: хо-олодно, снег пошел, и вдруг, откуда ни возьмись, — маленький желтый листочек откуда-то медленно летит, трепещет (“Последний желтый листочек”). Но, как в детстве, печаль, она не надолго. Вот у него щеночек появился, ему интересно. Вот бабушкин альбом рассматривает. Вот нарисовал парусник и тут же на нем “поплыл”. Детская музыка — “витамины моей души”, как я говорю. Мы делали альбом в соавторстве с Ольгой Кривенко, она к моим пьесам написала замечательные стихи, и замечательные иллюстрации к альбому сделаны Оксаной Киштеевой. Дети с удовольствием играют эту музыку. А меня очень радует, что им она нравится.

Ольга КАРАЯНИДИ

Фото автора