Ранним  утром, прибыв поездом в Междуреченск, я направился в городской парк, к памятнику шахтерам-горнякам. Там намечалось событие, которое могло стать продолжением предзабастовочной ситуации, складывающейся в Кузбассе. Здесь неделю назад власти ответили на законные требования шахтеров разгоном митингующих ОМОНом...

На мое удивление, в парке стояла тишина, встречались редкие прохожие. Возле мемориала я увидел горожан с живыми цветами в руках — в этот день шахтерские семьи поминали погибших на шахте “Распадская”. Холодные мраморные плиты вбирали в себя тепло от зажженных свечей, цветов, венков и… портретов. Возле фотографии улыбающегося молодого человека толкался подвыпивший мужик в тельняшке и помятой кепке.

— Женя, прости, что я выжил, а ты нет. Но обещаю: все, что ты не успел — я доделаю, — бормотал незнакомец, обращаясь к портрету. Потом он обернулся, увидел меня с фотоаппаратом и поприветствовал.

— Серега Жуков, шахтер, друган вот этого парня. Простите, что я пьян. Не могу остановиться. Двадцать своих корешей похоронил! Представляете? Женька Огородников был самый лучший. Мы с ним собирались  9 мая отмечать 65-летие Победы. Я был на выходном, а он должен был вернуться со смены… Я даже стихи написал. Нескладные, зато от всего сердца. Напечатайте их. Пусть люди всей России знают о нашем горе…

Другой незнакомец, оказавшийся бывшим шахтером, сказал, как отрезал: “Ситуация на Кузбассе — это крах существующей системы эксплуатации… человека. Новой еще не придумано, а старая трещит по швам, смердит утраченными человеческими жизнями… Даже если и директора шахты упрячут за решетку, проблемы это не решит. Деньги все равно будут править бал. Хозяева “Распадской” создали такие условия труда, при которых горняки вынуждены выполнять нормы, рискуя собственной жизнью. Теперь чего греха таить — датчики концентрации метана залепляли жвачкой. Я это тоже делал с молчаливого согласия бригады. Теперь “благосостоянию” работающих шахтеров пришел конец. Одни с касками на голове подметают улицы и площади города, других отправляют работать вахтовым методом на другие шахты Кузбасса. Увы, там условия труда не просто аховые — адские. И зарплата наполовину меньше. Вот почему горняки пытаются отстоять свои права”…

Широко  распространенное в Интернете обращение ранее неизвестного независимого объединения “Союз жителей Кузбасса”, призывавшее горняков пойти на решительные меры, вплоть до забастовки, похоже, не сработало. Массовый митинг в Междуреченске, назначенный на 16 часов 22 мая, не состоялся. Возле здания администрации города собрались многочисленные журналисты и совсем малочисленные манифестанты.

Некая Тамара Красильникова, жена шахтера, раздала пишуще-снимающей братии листок-обращение от имени оргкомитета по формированию всероссийского забастовочного комитета. Суть самостийного документа заключается в том, чтобы всяческими способами поддержать борьбу шахтеров Кузбасса, проявить солидарность: “Требование возврата украденных у народа шахт — вот смысл выступления рабочих за свои права”.

Ее поддержал Виктор Черных, как позднее оказалось, активист предыдущего митинга протеста. Шахтер со стажем Николай продемонстрировал платежные документы по зарплате. Активистка создания независимых профсоюзов работников (не горняков) шахты “Распадская” предложила свой путь борьбы “с начальничьей бюрократией”. Шахтер-ветеран рассказал о безобразиях администрации города по отношению к его дочери…

Журналисты все еще надеялись увидеть именно рабочую прослойку, которая должна подъехать после дневной смены. Но ожидания оказались напрасными. Среди моих коллег сложилось мнение: люди устали, им надо отдохнуть. Второе объяснение сорванного митинга — в день траура (!) городская администрация устроила возле Дома культуры спортивное шоу. Впрочем, и здесь любопытствующих было немного.

Несколько скрасило настроение прессы появление в Междуреченске известного в России правозащитника, бывшего работника МВД Алексея Дымовского. Он приехал поддержать шахтеров Кузбасса в их борьбе за свои права.

— Меня коробит спортивная “развлекаловка”, устроенная администрацией города, — сказал он, — это не что иное, как стремление отвлечь внимание народа от главной темы дня. Это кощунство по отношению к тем, кто погиб на шахте “Распадская”.

Более подробно поговорить с милицейским “диссидентом” не удалось — “дяденьки в кепках” плотно сидели на “хвосте” Дымовского. Впрочем, приватная беседа с Алексеем все же состоялась в одном из номеров гостиницы. Нет, собеседник не хаял существующий режим власти. Он высказал свое личное отношение к происходящим изменениям в силовых структурах России, росте напряженности в обществе, “завале” экономики, несмотря на кажущийся прогресс и инновации. На шахте “Распадская” в том числе. Его волновали и вопросы экологии. Ведь службы, ответственные за сохранение чистоты рек Междуречья, явно бездействуют. Хозяева шахт не утруждают себя очисткой сточных вод. Их черный поток беспрепятственно вливается в светлые струи Томи. А экологи не “трясут” за это главных загрязнителей природных ресурсов.

Ближе к вечеру толпа представителей СМИ вообще поскучнела. Из Кемерово коллеги сообщили противоречивые новости — там тоже митинг в поддержку шахтеров “размазали по тарелке”, а попытка перекрыть железнодорожные пути предотвращена милицией. Но положительный результат все же достигнут — глава Кемеровской области Аман Тулеев пообещал в ближайшее время предоставить шахтерам возможность открытого диалога с хозяевами шахты, администрацией городов области.

Захлебнулась ли волна противостояния шахтеров с местной властью и владельцами шахты, сказать однозначно трудно. События могут развернуться с новой силой и на следующей неделе. В любом случае шахтеры должны получить исчерпывающий ответ на свои законные требования. Правда, откровенные и доверительные разговоры на улицах Междуреченска с людьми разного возраста (и чина) наводили на меня грустные мысли. “Воевать” с существующими на шахте “Распадская” порядками особого желания у междуреченцев нет.

— А зачем копья ломать? Все равно придется идти работать туда, где платят деньги, туда, где смертельно опасно…

Александр КОЛБАСОВ

Абакан — Междуреченск — Абакан

Фото автора