Георгию Михайловичу Сульберекову довелось много ходить по трудным кровавым дорогам войны. Его, ушедшего из жизни в конце 90-х годов, до сих пор помнят в аалах Апчинаев, Кайбалы, Маткечик люди старшего и среднего возраста — как учителя и директора школы.

В 1940 году двадцатилетнего Георгия призвали на действительную военную службу. И сразу он попал в полковую школу сержантов на Дальнем Востоке. А через год началась война, которая стала Отечественной… Однако сержанта Сульберекова не сразу отправили на Западный фронт: против японцев тоже сила стоять должна. К тому же в армию прибыли новобранцы, а кому же обучать их военному делу, как не сержанту? Но сам он рвался в бой, рапортами с просьбой отправить на фронт буквально бомбардировал командира части. И он не один был такой: писали на имя командира части его друзья, командиры взводов, рот, батальонов, много других офицеров. Сам же командир части с таким же рапортом обращался к командующему Дальневосточым округом, к самому Верховному главнокомандующему.

В ноябре 1942 года просьба хакасского парня была удовлетворена: его отправили в Тамбовскую область, в мобилизационный пункт. В это время шли ожесточенные бои под Сталинградом. Туда беспрерывно бросали свежие полки, дивизии, и они таяли, как весенний снег. Но выстояли, выдюжили наши воины-богатыри! А часть, где воевал Георгий Сульбереков и его друзья, билась с нацистами в 80 километрах от Сталинграда.

После боев под Сталинградом сержанта Георгия Сульберекова поставили командиром отделения отдельного лыжного батальона. В его подчинении были десять парней, в основном из западных областей страны. В один из дней декабря 1942 года батальону было дано задание дойти своим ходом до реки Дон. Если посчитать, что Георгию с товарищами нужно было пройти около тысячи километров на лыжах, — сейчас в это даже трудно поверить. На этом длинном снежном пути чего только не довелось испытать воинам. Делая короткие привалы, ночуя под снегом, бойцы, взвалив на спину тяжелую ношу, упрямо скользили на запад. 1 января 1943 года лыжный батальон дошел до Дона.

— И вдруг, — вспоминал уже далеко после войны Георгий Михайлович, — наступила оттепель. Снег весь сошел, по дорогам ручьи побежали, а мы в войлочных обутках шлепаем по грязи. Кожаную обувь нам тоже выдавали, но многие в мороз выбросили ее, чтобы освободиться от лишнего груза. И тут поступил приказ: перейти Дон. С криками “За Родину! За Сталина!” мы рванули вперед. Немцы не смогли сдержать нашу атаку и бежали. Так мы освободили город Цимлянск.

Батальон вместе с другими частями сел на хвост отступающему врагу. Однако враг сдаваться и не собирался. Однажды, сгруппировавшись, немцы ринулись в контратаку. Батальон Георгия Сульберекова оказался в открытом поле, когда фашистские танки пошли на них. Никуда не денешься, пришлось принять бой. Много советских солдат погибло под гусеницами танков. Сам Сульбереков чудом остался в живых. Будучи раненным в ногу, он лежал в ожидании горькой участи. И тут, на его счастье, мимо проезжала санитарная повозка. Он успел зацепиться за нее…

Затем три месяца в госпитале города Котельников. И вновь — нескончаемые дороги войны. Теперь путь воина пролег по Украине: Донецк, Горловка, Макеевка, Дзержинск, Гуляйполе — эти города и населенные пункты довелось освобождать Георгию Сульберекову.

После одного боя, когда повыбивало многих офицеров, сержанта Сульберекова назначили заместителем командира роты. В годы войны не раз на офицерские должности назначались сержанты, даже рядовые воины. Конечно, выбирали самых смелых, опытных воинов-ветеранов. Облеченные доверием, свежеиспеченные командиры, как правило, шли впереди своих подчиненных. Кто же будет доверять командиру, прячущемуся за спины солдат? Так, в одной из атак Георгий Сульбереков, находясь на броне головного танка, вновь был тяжело ранен. Во второй раз он попал в госпиталь, теперь уже в столицу Армении — Ереван.

Неизвестно, как могло случиться такое, но случилось... На родину Сульберекова была отправлена “похоронка”: мол, умер от ран в госпитале. Дома, естественно, плач, стон. А что делать-то: пришла “черная бумага” — ставь свечку за упокой. Тысячами приходили тогда черные вести в Хакасию, и черным казалось небо для родных и близких погибшего. Но когда Георгий вернулся живым домой, радости не было предела. А многие, не веря, говорили, что он с “того света” пришел.

После войны Георгий Михайлович, награжденный многими орденами и медалями, стал работать учителем, все силы и знания приложил для того, чтобы охватить учебой детей всех хакасских аалов, где довелось работать. В то же время, будучи коммунистом, вел большую общественную работу, был пропагандистом, как и многие учителя. Много достойных людей воспитал и вывел в люди Георгий Михайлович. Это его заслуга — памятник воинам-землякам, погибшим в Великой Отечественной войне, установленный в аале Маткечик, где вписаны имена всех земляков, не вернувшихся с кровавых полей.

Теперь, полагаю, желательно бы вписать имена тех фронтовиков, кто, вернувшись с победой, ушел из жизни уже в мирное время. И, конечно же, имя сержанта Георгия Сульберекова, основателя этого памятника.

...В Маткечике теперь уже нет в живых ни одного ветерана-фронтовика Великой Отечественной… Жаль, что так быстротечно время…

Подготовил Олег ШУЛБАЕВ

Абакан