Судьбы у людей разные: у одних она как мать родная, а у других — хуже злой мачехи.

Нелегкой она была у моей героини Анастасии Абрамовны Шандро, в девичестве Рябоконь. Несмотря на возраст, а моей героине уже 93 года, она обладает хорошей памятью. В этом я убедилась, поговорив с ней. Она неторопливо рассказала о себе, о работе, о тяжелых военных годах, о том, как ей жилось, когда получила похоронку на мужа.

Родилась Анастасия Абрамовна в деревне Богословка Бейского района, а потом семья переехала жить в деревню Черное Озеро, которая тогда находилась в Алтайском районе, неподалеку от Новомихайловки.

— Осталось из детства в памяти, что отец выжигал известь и деготь в Богословке, похороны матери помню смутно. Мне было тогда всего три года. Отец женился, и не раз, — вспоминает Анастасия Абрамовна, — но его жены нас, детей, не обижали. А было у родителей нас четверо, три сестры и брат. Сейчас уже никого в живых нет, одна я осталась, самая младшая.

С детства мне знаком нелегкий крестьянский труд. Когда стала чуть старше, жила в работниках. Детства, считай, и не видела. Когда встретила там же, в Черном Озере, молодого и симпатичного Николая Шандро, не задумываясь, с радостью вышла замуж.

Недолго длилось семейное счастье Анастасии Абрамовны. В 1939 году мужа забрали в армию. Служил он срочную службу на Дальнем Востоке. А потом, когда началась Великая Отечественная война, то сразу же его отправили на фронт. Домой он не вернулся. Хоть прошло немало лет, она до сих помнит, как зимой позвали ее в контору. Бежала, а сердце чуяло недоброе, страшное. И когда ей сообщили, что ее муж Николай Иванович Шандро пропал без вести на Курской дуге в 1942 году, то в душе как будто все оборвалось. Вдова по сей день не знает, где он похоронен, да и есть ли могила вообще.

А жизнь продолжалась. Работала она наравне со всеми, доила в колхозе вручную коров, несколько лет была конюхом, свинаркой. А дома росла дочка Любочка. Уже после войны родился сын Михаил от другого мужчины, деревенского учителя. Отец Анастасии пустил его на квартиру. Как-то говорит: “Сходи, дочка, отнеси поесть ему, не съест ведь он тебя”.

— И не съел, вот ребенка подарил, — смеется Анастасия Абрамовна. — Те женщины, у которых мужья не вернулись с войны, меня поймут.

Жизнь сложилась так, что второй раз замуж она не вышла. Да и материнским счастьем ей не пришлось долго наслаждаться, умерли ее дочь и сын. Причем Михаил Степанович Шандро — в 25-летнем возрасте. Похоронен в Новокурске, там же лежат ее дочь Любовь Николаевна и зять Вячеслав Иванович Шапоренко.

— Дети у меня были хорошие, ко мне относились уважительно, — со слезами на глазах говорит Анастасия Абрамовна. — Дочь работала в совхозе дояркой, а ее муж был скотником. Остались у них трое детей. Одна внучка живет в Абакане, внук — в Новокузнецке, а Людмила — в Сабинке, она и забрала меня в свою семью, у внучки сейчас и доживаю свой век.

Анастасия Абрамовна с теплотой вспоминает пережитое. Кроме горя были и радости. Помнит и праздники, и торжественные мероприятия, где лучшим труженикам, в том числе и ей, вручались почетные грамоты, благодарственные письма, денежные премии.

— Как сейчас помню, вызывает меня председатель Сабинского сельсовета Никулина и говорит: “Собирайся быстренько, Анастасия, поедешь в город награду за свой труд получать”. А я ей говорю, умываясь слезами: “Да мне же ехать не в чем. Нет ни сапог новых, ни юбки приличной. Что позориться-то?” И все же убедила она меня, пришлось ехать в том, что было…

— Наша бабушка молодец, — хвалит ее внучка Людмила. — Память у нее хорошая, несмотря на возраст, она хорошо видит. До сих пор вяжет, держит в руках иголку. А когда была моложе, то обшивала да обвязывала всех нас, а еще она очень вкусно пекла и готовила. У нашей бабушки трое внуков, шестеро правнуков и трое праправнуков. Недавно ей домой привезли медаль “65 лет Победы в Великой Отечественной войне”, которую она заслужила своим трудом. В военные и послевоенные годы не хватало мужских рук. И женщинам приходилось выполнять непосильную работу, трудиться от рассвета дотемна.

— Самой мне уже ничего не надо, — сказала она на прощанье, — одета, обута, пенсия хорошая, льготами пользуюсь, внучка и вся ее семья относятся ко мне хорошо.

Анастасия Абрамовна частенько берет в руки альбом, где бережно хранит фотографии, напоминающие ей о молодости, муже, детях, о пережитом...