Каждый год 9 Мая, в День Победы, мне хочется читать стихи участника Великой Отечественной войны, нашего поэта-земляка Георгия Суворова. Поэт Николай Тихонов вспоминал, что бойцы Ленинградского фронта не только переписывали стихи Суворова в свои блокноты, но и говорили, что он “молодой и храбрый”  и “стоит своего имени”.

Сам поэт писал о солдатах-товарищах, полковых командирах, сражавшихся вместе с ним на тропе войны:

Рухнул наземь человек.

Приняла, родная...

Эти слова Суворова Сергей Наровчатов назвал строками “с подлинно народным ощущением”.

Георгий Кузьмич Суворов родился 19 апреля 1919 года в селе Краснотуранское Красноярского края. После окончания школы поступил в Абаканское педагогическое училище, затем работал учителем в школе села Иудино (ныне Бондарево). Он принимал активное участие в культурно-просветительской работе в селе. Писал стихи и пьесы, собирал местный фольклор.

Летом 1939 года Георгий поступил в Красноярский педагогический институт, но уже осенью был призван на срочную военную службу. С конца сентября 1941-го защищал Ленинград, и после ранения, подлечившись в госпитале, снова оказался на передовой. Уходя на фронт, он написал строки, которые уже в то время полны сдержанного солдатского мужества:

Ухожу. Вернусь ли я? Не знаю.

Встречу ль вновь когда-нибудь  тебя?

Ухожу туда, где умирают,

Молча, ненавидя и любя.

 Ухожу. Будь верной  в дни тревоги.

И чего ж еще тебе скажу?

Нелегки солдатские дороги.

Вот и все, родная. Ухожу.

В этих стихах, как мне думается, он обращается к девушке, с которой учился в абаканском педучилище, Алевтине Сиухиной. Перед войной Аля поступила на исторический факультет Ленинградского педагогического института. И чтобы встретиться с ней, Георгий стремился попасть на Ленинградский фронт. В стихотворении “Теткин ручей” он пишет:

Если б я не желал

этой встречи,

Разве был бы я в этом краю.

В конце шестидесятых прошлого столетия я разыскала Алевтину Сиухину, преподавателя истории абаканской школы № 19. Когда увидела Алевтину Георгиевну (уже зрелого возраста) впервые, мое сердце дрогнуло. В это мгновение мне подумалось, как же юный Гоша был влюблен в Алю… В такие голубые бездонные очи невозможно не влюбиться. Позже я нашла в поэзии Суворова строки, как мне кажется, касающиеся Алевтины — “Невская баллада”:

…Все, все встает и исчезает,

Как бы в тревожном полусне —

И мол, и полулунья чаек

В сверкающей голубизне.

И та с глубокими глазами

Морской изменчивой волны

Встает и с голубыми снами

Уходит, и уходят сны...

Такова была моя версия в студенческие годы. И я ждала подтверждения этого, расспрашивая Алевтину Георгиевну, может быть, не совсем деликатно, о ее чувствах к молодому поэту. Но она сдержанно и как-то уклончиво отвечала на мои вопросы. Позже я поняла: ей не хотелось бередить то сокровенное, что огонечком теплилось в душе. Она жила воспоминаниями, которые принадлежали только ему и ей. Алевтина Георгиевна сказала, что Гошу щедро наградила природа: и силой, и страстью, и вдохновением...

Долгое время Алевтина переписывалась с сестрой Суворова Тамарой, которая подарила ей первый сборник стихов брата “Слово солдата”. В 1968 году за эту книгу (в ряду других писателей) Георгий Суворов посмертно был награжден мемориальной медалью конкурса имени Николая Островского. Ни один сборник, посвященный Великой Отечественной войне, не издается без талантливой поэзии Суворова:

Майор! Ну чудо — не майор!

Как не любить майора!

Сказал — и кончен разговор.

Не надо разговора.

И чаще —

лишь прищурит глаз,

И всем уже понятно:

Не выполнил его приказ —

Не приходи обратно.

Иль просто

топнет каблуком —

И все готовы в драку.

И сам не раз —

под огоньком —

Он нас водил в атаку...

Суворов воевал с бесстрашием сибиряка. В бою под Ельней он сам вытащил застрявший между ребер осколок, но не вышел из атаки.

“Вперед, на запад!” —

цену этих слов

Мы поняли,

когда в горячем пыле

Мы штурмовали

стены городов

Ценой нечеловеческих усилий.

“Вперед, на запад!” —

дерзкая мечта...

Я знаю, нас никто

не остановит,

Целуют землю русскую уста,

Отбитую ценой

солдатской крови.

Пускай мы не прошли

и полпути,

Пускай звезда

уходит в ночь устало.

Теперь на запад

будем мы идти,

Вперед идти —

во что бы то ни стало.

Любовь к малой родине… Георгий Суворов не раз вспоминает, как охотничал близ села Краснотуранское, описывая непроходимые отроги Саян:

Я исходил немало горных троп

Высокого и строгого Саяна.

Шел по ущельям хмурым

Абакана,

Был постоянным

спутником ветров...

 ... А я и мой лохматый

черный пес —

Мы шли вперед развилкой троп

над бездной,

Где темная струя

руды железной

Врезалась

в накренившийся утес.

 Не сосчитать, как много

горных троп

Измерил я среди

сырых ущелий.

Не раз стрелку увесистые ели,

Даря приют,

склонялись на сугроб...

Казалось бы, ничего не предвещало в этой мирной жизни приближающихся страшных потерь. В воскресенье 22 июня 1941-го Суворов вместе с другими ополченцами встанет на эту тяжелую, кровавую тропу войны, защищая Отечество. Он словно говорит с нами, земляками-потомками:

...И если мне среди голубизны

Хакасских дебрей

вновь сверкнули тропы, —

Я не покину своего окопа.

Нет, не сверну

с крутой тропы войны…

В стихах Георгия Суворова я чувствую меж строк солдатскую тоску по теплому очагу родного дома, тоску по возлюбленной:

Метет, метет...

И нет конца метели,

Конца тяжелым,

белым хлопьям нет.

Метет, метет...

И заметает след

К моей солдатской

полумерзлой щели.

Метет, метет...

И не увидишь света,

И не увидишь друга

в двух шагах,

Вот через этот

безответный мрак

Я двинусь в путь,

лишь тьму прорвет ракета.

Последнее стихотворение, написанное уже после разгрома фашистских полчищ под Ленинградом, где-то у самого порога Эстонии, заканчивалось так:

В воспоминаньях

мы тужить не будем,

Зачем туманить грустью

ясность дней.

Свой добрый век

мы прожили как люди

И для людей.

13 февраля 1944 года на переправе через Нарову погиб поэт, гвардии лейтенант, командир взвода противотанковых ружей Георгий Суворов.

Есть такая профессия — защищать родину не только с оружием в руках, но и поэтическими строками, записанными карандашом в блокнот... Стихи Суворова поднимали дух боевых товарищей, звали, звали вперед, к Победе! И звучали как реквием по погибшим на поле брани… В родном селе Краснотуранское библиотека носит его имя, куда часто приходят любители поэзии.

Лариса КАТАЕВА

Абакан

Рисунок

Ларисы КИСКИДОСОВОЙ